Вопрос откровения – часть 1

 

Продолжается ли еще составление Библии?

 
Однажды в письме, направленном известным авторам христианских песен Биллу и Глории Гейтер, их попросили дать богословскую интерпретацию написанного ими гимна "Царь грядет". Ниже привожу выдержку из ответа их секретаря:
 
"Относительно вопроса толкования гимна "Царь грядет", важно отметить, что гимн этот был даром от Бога. Билл и Глория не претендуют на звание богословов. Гимн этот был рожден быстро и они не желают обсуждать его богословскую обоснованность. Кроме того, они считают, что критический разбор гимна будет вмешательством в действия Святого Духа, вдохновившего их написать этот гимн." (Из открытого письма, разосланного Гейтерами.)
 
Притязают ли Гейтеры на то, что гимн "Царь грядет" был дан им путем божественного откровения, и что слова гимна "непогрешимы"? Несомненно, они не стали бы выражать это в такой категоричной форме, да и вообще невозможно судить о взглядах Гейтеров на вопрос Божественного откровения на основании одного только этого короткого письма HP Z400. Но все же ответ их секретаря может служить примером довольно свободной интерпретации того. что значит быть "под вдохновением Святого Духа". Подобный широко распространенный взгляд, используемый сегодня многими группами, включает и принадлежащих к харизматическому движению.
 
Получают ли верующие до сих пор непосредственно прямые откровения от Бога по вдохновению Святого Духа, когда они составляют гимны или пишут книги, когда они проповедуют, учат, или принимают какие-либо решения? Многие верующие ответят громким: "Да!" Например, Дж. Уилльямс, ректор богословской школы "Melodyland School of Theology" (Anaheim. California), ярый харизматик, писал так:
 
"Библия сделалась подлинным свидетелем нынешней деятельности Бога… Если сегодня у кого-нибудь будет непосредственное видение Бога или Христа, то важно знать, что это уже бывало и раньше; а если кто-то получает откровение от Бога, необходимо помнить, что и у первых христиан тоже бывали подобные откровения в их общинах; если же кто-то провозглашает "Так говорит Господь!" и дерзает обращаться к собранию в первом лице (идя даже дальше слов Священного Писания) – то и это также случалось уже в далёком прошлом. Как все это дивно и замечательно! Если же кто-то в общении Духа произносит слово истины, то это не является его мыслью или размышлением (на какую-либо тему дня), или просто изложением Священного Писания, потому что Дух превосходит личные наблюдения, какими бы интересными и глубокими они ни были. Дух. будучи живым Богом, проходит сквозь и за пределы записей прежних свидетелей, какими бы ценными такие записи не были как примеры того, что происходит сегодня." 
 
О чем же говорит Дж. Уилльямс? Создается впечатление, что он утверждает, будто Библия не является окончательным источником Божьего откровения, а только "свидетелем" дополнительного откровения, которое Бог дает сегодня доставка букетов. Он утверждает. что верующие могут прибавлять к написанному в Библии и могут принимать такие добавления, как нечто нормальное, а Библия – это только "пример" того. что Дух Святой делает сегодня для вдохновения верующих.
 
 

Что такое вдохновение?

 
 
Слово "вдохновение" происходит от слова "вдох" или "вдохнуть". Употребляемое в Священном Писании греческое слово theopneustos означает "Божье дыхание". или "Бог вдохнул", что передано на старорусском языке словом "богодухновенность Писания" (2 Тим. 3:16). Этот самый точный перевод греческого термина не оставляет сомнений в том, что Писание не состоит из человеческих слов, в которые Бог вдохнул божественную жизнь, но оно есть самое дыхание Бога! Священное Писание – это речь Бога и этому есть множество подтверждений.
 
У горящего куста Бог сказал Моисею: "Итак пойди, и Я буду при устах твоих, и научу тебя, что тебе говорить" (Исх. 4:1Z). Иеремия, скорбящий пророк иудеев, получил такое поручение от Бога: ". . . все, что повелю тебе, скажешь. . . вот Я вложил слова Мои в уста твои" (Иер. 1:7, 9). А пророку Иезекиилю Бог сказал: "… сын человеческий! встань и иди к дому Израилеву… все слова Мои, которые буду говорить тебе, прими сердцем твоим и выслушай ушами твоими. и говори к ним" (Иез. 3:4. 10-11). (Дополнительные примеры того, как Бог говорит через Священное Писание, записаны в Исх. 9:16; Пр. 30:5-6; Мф. 24:35: Иоанна 8:38-44; 17:8; Рим. 9:17; 1 Кор. 2:13.)
 
Ключевым местом, описывающим, как Бог говорит через Писание, является 2 Петра 1:21 Дословно здесь говорится, что "никогда пророчество не было произносимо по воле человеческой, но движимые Духом Святым мужи говорили от Бога". Самое важное слово здесь – "движимые", которое, фактически, означает – "носимые" Духом Святым.
 
Богослов Т. Томас вспоминает, как он, будучи мальчиком, играл в ручье, который стекал с горы вблизи его дома. Он писал:
 
"Мы, мальчики, любили пускать 'кораблики'. Нашим 'корабликом' была обыкновенная положенная на воду палочка, и мы бежали вдоль ручья, который уносил ее вниз по течению. Когда вода бежала быстро по камням, палочка тоже неслась быстро. . . Иными словами – палочка, которая служила нам в детстве "корабликом", полностью управлялась и направлялась водой ручья. Она продвигалась только так, как ее несла вода. Так же и писавшие Священное Писание, они были руководимы и направляемы Божьим Святым Духом. Они писали так, как направлял их Дух Святой, поэтому они писали точно то, что имел в виду Святой Дух. Написанное ими было в самом реальном смысле не их словами, но было чистым Словом Божьим." 
 
Еще одно важное место в Священном Писании о богодухновенности находится в послании Иуды 3: "Возлюбленные! имея все усердие писать вам об общем спасении, я почел за нужное написать вам увещание – подвизаться за веру, однажды преданную (или преподанную) святым". Этим утверждением Дух Святой предвосхищает полный завершенный канон Священного Писания.
 
Под словом "вера" имеется в виду единственная вера, так как другой веры нет. Такие места Писания. как Гал. 1:23: "…благовествует веру, которую прежде истреблял" и 1 Тим. 4:1: "Дух же ясно говорит. что в последние времена отступят некоторые от веры" указывают на то, что объективное использование термина "вера" было в апостольские времена обычным явлением.
 
Богослов Генри Алфора, выдающийся знаток греческого языка, писал, что вера здесь "объективна – это совокупность того, во что верят христиане". Обратите также внимание на решающее значение слова "однажды" в Посл. Иуды 3 стихе. Здесь греческое слово подразумевает нечто, уже совершившееся (на все времена с постоянными последствиями), что никогда не будет нуждаться в повторении. Поэтому ничего не нужно прибавлять к преподанной "однажды", раз и навсегда, вере.
 
Дж. Лаулор. написавший превосходное толкование на послание Иуды. сделал следующее замечание:
 
"Христианская вера неизменна, хотя при этом представители каждого поколения нуждаются в индивидуальных поисках ее, в личном обретении веры и жизни по ней. Однако, из этого следует, что всякое вновь возникающее учение (хотя, казалось бы. что его обоснованность и можно было бы отстаивать) – есть ложное учение, так как все попытки прибавить какое-либо дополнительное откровение к тому. которое уже было дано Богом и запечатлено в содержащем только истину Священном Писании, есть ложные притязания и должны быть отвержены." 
 
Богослов Ф.Ф. Брус соглашается с Дж. Лаулором, что всякое дополнительное откровение ложно. независимо от того, "излагается ли оно в книгах, целью которых является вытеснение или дополнение Библии, или же принимает вид сверхбиблийских преданий, выдаваемых служителями церкви за догмы".
 
В пос. Иуды 3 ст. важно обратить особое внимание на слово "преданной" или "преподанной". В греческой грамматике это – неопределенное, пассивное деепричастие, означающее действие, совершенное в прошлом, и не содержащее элемента продолжающегося действия. В данном случае пассивный залог означает, что вера не была открываема людьми, но была раз и навсегда дана людям Богом.
 
Через Священное Писание Бог дал Своему народу полное и окончательное учение о Его Сыне. Наша христианская вера покоится на исторически объективном откровении, и это исключает любые пророчества или видения с новым откровением до тех пор, пока Бог не проговорит опять в конце времен (Д.Ап. 2:16-21; Отк. 11:1-13). Слово Божие в том виде, в котором оно было "преподано" – неизменно, не нуждается в поправках и поэтому всякое другое учение или новое откровение излишне и ложно.
 
 

Современные взгляды на откровение

 
 
Каков же современный подход к Священному Писанию? Есть сегодня богословы, подобные Д. Биглу, которые считают, что откровения продолжаются и в наши дни.  
 
Так, например, Д. Бигл считает, что некоторые церковные гимны стоят наравне с Псалмами, и что если бы Исаак Ваттс или же Чарльз Весли жили во времена Давида и Соломона, то отдельные гимны, написанные ими, непременно вошли бы в еврейский канон Священного Писания.
 
В частности, Д. Бигл приводит в пример шотландского пастора Дж. Матесона, написавшего гимн "О, Божья вечная любовь" в момент глубокого личного переживания. В день бракосочетания его младшей сестры в памяти Матесона ярко ожили душевные страдания, которые он пережил двадцать лет назад, когда его невеста отвергла его из-за того, что он начал терять зрение. Он написал гимн в течение нескольких минут и считал, что этот гимн был продиктован ему каким-то внутренним голосом. Согласно свидетельству Матесона, он не исправил и не изменил ни одного слова в гимне "О, Божья вечная любовь", так как гимн пришел к нему "как заря свыше".
 
Д. Бигл утверждает, что переживание Дж. Матесона было "того же рода вдохновением, как и то, под руководством которого писались Псалмы, а если и было какое различие, то оно заключалось только в степени вдохновения. Писавшие Библию нуждались в помощи свыше, являясь только проводниками Божьего вдохновения, но по виду само вдохновение не отличалось от того, которое действовало во всех вестниках Божиих на протяжении истории. Библию отличает то, что в ней записаны специальные откровения, но она не отличается самим характером вдохновения…
 
"Практическое превосходство откровения над вдохновением можно проиллюстрировать на таком примере: представьте себе. что все религиозные труды были бы уничтожены, за исключением канона, книги Песни Песней Соломона и замечательного гимна Исаака Воттс 'Когда я поднимаю взор на крест, где Божий Сын страдал'. И теперь, если вам предоставится возможность выбора между двумя последними, чему вы отдали бы предпочтение? Согласно традиционной позиции – книга, входящая в Библию, является результатом особого вдохновения, тогда как о гимне этого не скажешь. Но сомнительно, что большинство христиан отдали бы предпочтение Песни Песней. И хотя Исаак Воттс написал свой гимн намного позднее завершения канона, гимн его основан на откровении заместительной жертвы Христа и обладает гораздо большей ценностью, чем любовная песнь из Ветхого Завета."
 
Канон, включая Ветхий и Новый заветы – это уникальное явление, чудо, которое не может ставиться ни в какое сравнение с гимнами. Канон составлялся на протяжении 1500 лет, и книги, вошедшие в него, писались более чем сорока авторами – особыми мужами Божьими, пророками и апостолами. причем все написано в полной согласованности и не содержит ошибок. Гимны, написанные отдельными личностями, не обладают той же ценностью, что и Священное Писание, уникальное в полноте своего контекста. Гимны по содержанию могут быть сильными, слабыми или средними, но их никак нельзя приравнивать к богодухновенности Библии. Гимны приносят пользу только в том случае, если они основываются на Священном Писании и их содержание в точности соответствует Библии.
 
Харизматики отстаивают свой взгляд, что откровение продолжается еще и по сегодняшний день
Нетрудно увидеть определенную связь между взглядами Д. Бигла и теми понятиями, которые разделяются, а также излагаются сегодня во многих харизматических кругах. Харизматики постоянно претендуют на то, что Бог сегодня говорит с ними посредством иных языков, пророчеств и видений.
Дж. Р. Уилльямс объяснил эти харизматические явления тем. что все сводится к доводам в защиту "прогрессивного" или "продолжающегося" откровения:
 
"Потому что в Духе сегодняшнее общение – это в такой же мере арена для проявления Божьего живого присутствия, как и в Библейском повествовании. И действительно, в свете того, что мы узнаем из опыта этих прошлых свидетелей, мы можем ожидать, что и в наши, и последующие дни могут происходить новые явления." 
 
Затем Уилльямс описывает, как именно происходит новое откровение, при этом сильно выделяя "дар пророчества":
 
"В пророчестве говорит Бог. Как это просто, глубоко и поразительно! В собраниях же бывает так: вдруг кто-нибудь из присутствующих скажет слово, и тогда 'Так говорит Господь!' многократно раздается в собрании. Обычно это провозглашается в первом лице (хотя и не всегда), вроде "Вот Я с тобою, чтобы благословлять тебя". и с такой прямотою, как при встрече "Я – ты". Это слово приходит не на 'небесном языке', но на родном языке говорящего с его привычными интонациями и манерой речи. Подчас речь может даже быть грубой или безграмотной; она может быть смесью старого перевода Библии с более современными переводами, может быть прерывистой или плавной, но все это совершенно неважно, потому что в пророчестве Бог употребляет то, что найдет, и через слабые человеческие орудия Дух говорит Слово Господне.
Все это, повторяю, весьма неожиданно и поразительно. Большинство из нас, конечно, были знакомы с пророческими изречениями в Библии, и были готовы принимать их как Слово Божие. Когда мы встречаем у Исаии или Иеремии 'Так говорит Господь', это не удивляет нас, но услышать, что Том или Мэри сегодня. в двадцатом веке, говорят то же! Многие из нас даже сумели убедить себя в том, что пророчества прекратились с завершением Нового Завета (несмотря на то, что все новозаветные свидетельства убеждают нас в обратном), пока внезапно, под могучим движением Святого Духа, пророчества не ожили опять. И теперь нам остается только удивляться, как мы могли так долго читать Новый Завет неправильно!" 
 
Это опасные притязания, потому что возможность подделки и заблуждения у подобных нынешних "пророков" слишком очевидна. Уилльямс признает эту опасность:
 
"Так как все это подлинно является Словом Божиим к Его народу, то к каждому сказанному слову нужно подходить серьезно и с большой осторожностью в применении его к жизни общины. А также, ввиду постоянного наличия опасности злоупотребления пророчеством и неуверенности в том, что слово пришло именно от Бога, необходима особая духовная проницательность." 
 
Но хотя Уильямс и признает наличие риска, однако он не объясняет, каким же образом определять при наличии "осторожности" и "духовной проницательности" – что истинно и что ложно. С другой стороны, Уилльямс дает ясное подтверждение всем этим притязаниям, что нынешние случаи харизматического пророчества – это Божественные откровения, равнозначные Священному Писанию.
 
Уильямс, видимо, осознал серьезность затронутых им проблем, потому что он снова делает попытку разъяснить свой образ мышления в журнале "Logos" за май-июнь 1977 г.:
 
"Я никак не намерен ставить современный опыт на один уровень с авторитетом Библии. Я решительно подтверждаю превосходство авторитета Священного Писания, и следовательно, Бог сегодня не говорит людям так же авторитетно, как Он говорил к библейским авторам. Однако, Бог продолжает говорить (так как Он не перестал говорить с завершением Новозаветного канона) и, таким образом, Он "действует сверх пределов записей прежних свидетелей", ибо Он есть живой Бог, Который все еще говорит и действует среди Своего народа." 
 
Это объяснение не разрешает вопроса. Разница между библейским авторитетом и дополнительным откровением кажется искусственной. Разве могут одни из Божиих слов быть менее авторитетны, чем другие?
 
Если же консервативные евангельские верующие примут подобный взгляд (практически, идентичный с неоортодоксальными позициями, вроде как у Д. Бигла) – то тогда позиция, отстаивающая уникальность абсолютного авторитета Священного Писания, будет утеряна. Церковь может допустить серьезную ошибку. потеряв свой краеугольный камень: "Sola Scriptura", то есть тот принцип, что только Божие Слово является единственным авторитетным основанием.
 
Как только мы перестанем считать Священное Писание окончательным и непогрешимым авторитетом во всех вопросах веры и жизни, мы откроем двери для богословского хаоса, когда любой человек сможет притязать на то. что он изрекает Божьи откровения. Хотя верно и то, что отдельные из этих новых откровений или пророческих слов не идут вразрез с Писанием, однако, некоторые из них явно не соответствуют Библии. Отказаться от принципа уникальности Писания, как единственного авторитетного Слова Божьего – значит провозгласить духовную общедоступность, когда каждый может утверждать, что хочет. Это может внести путаницу, заблуждения и даже вторжение бесовского духа. так как тяга к новому и таинственному открывает возможность для сатанинской подделки.
 
М Ходжес, пастор-харизматик, признаваясь в своих сильных сомнениях в отношении "новых" откровений, писал так:
 
"Сегодня многие склонны преувеличивать значение даров пророчества и откровения. Бывали случаи, когда жизнь поместной церкви управлялась дарами откровения: диаконы назначались и пасторы смещались или поставлялись по пророчествам. Это привело к хаосу. Причина очевидна, пророчеству никогда не следовало занимать места служения руководства или слова мудрости. Ап. Павел учил, что Тело – Церковь не состоит из одного члена, но из многих, и если пророчество берет на себя роль слова мудрости, или слова знания, тогда во всем теле будет преобладать одно служение, то есть, пророчество. Иными словами, все тело будет управляться пророчествующим членом. Мысль, что голос пророчества непогрешим, смутила многих. Некоторые решили, что грешно даже допускать мысль сомневаться в том, что они считают голосом Духа. Однако, в служении всех даров есть взаимодействие между божественным и человеческим." 
 
Говоря одновременно о дарах пророчества и откровения, М. Ходжес прекрасно сознавал, что "пророческие изречения" не всегда от Бога. Он искал средство для разрешения этой путаницы, но такого средства нет. Когда "пророческое изречение" приравнивается хоть в какой-то степени к "откровению", получается безнадежная путаница.
 
 

Канон завершен

 
 
Находящимся по обе стороны харизматической дилеммы христианам необходимо понять одну жизненно важную истину: Божье откровение на настоящее время завершено. Бог давал Свое Слово откровения в Ветхозаветные времена, включая последние по времени написания книги Ездры и Неемии.
 
Затем наступили четыреста "безмолвных лет", когда людям не давалось никаких пророчеств с Божьим откровением. Тот период молчания был нарушен Иоанном Крестителем, через которого Бог снова провозгласил Свою волю – еще до наступления периода Нового Завета. После этого Бог дал Свое Новозаветное откровение, которое завершилось книгой Откровения апостола Иоанна. Ко второму веку н.э. канон был повсеместно принят, а окончательное утверждение канона произошло в четвертом веке. Все это очень важно, потому что, подобно Ветхозаветному канону, после завершения которого наступило молчание, Божий порядок для Нового Завета, очевидно, такой же: после завершения канона наступает молчание и откровение прекращается.
 
 

Каким образом библейский канон был избран и завершен

 
 
Итак, канон Слова Божьего был завершен. Апостол Иуда охватывает весь Новый Завет, когда говорит: "веру, однажды преданную святым" (Иуды 3 ст.). Каноном Священного Писания испытывается все, он является мерилом для христианина. Даже само сло

 

 

 

Об авторе:

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому, к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах для нас, силою Божиею через веру соблюдаемых ко спасению, готовому открыться в последнее время. (1Пет.1:3-5)
  Похожие статьи