Восстановление согрешившего святого


“Пётр же сидел вне, на дворе. И подошла к нему одна служанка и сказала: «И ты был с Иисусом Галилеянином». Но он отрёкся перед всеми, сказав: «Не знаю, что ты говоришь». Когда же он выходил за ворота, увидела его другая, и говорит бывшим там: «И этот был с Иисусом Назореем». И он опять отрёкся с клятвою, что не знает Этого Человека. Немного спустя подошли стоявшие там и сказали Петру: «Точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя». Тогда он начал клясться и божиться, что не знает Этого Человека. И вдруг запел петух. И вспомнил Пётр слово, сказанное ему Иисусом: «Прежде нежели пропоёт петух, трижды отречёшься от Меня». И выйдя вон, плакал горько” (Мф.26:69-75)

Самый большой подарок, который Бог мог сделать человечеству, — это прощение грехов. Без прощения нет спасения от греха, нет примирения с Богом, нет духовной жизни, нет победы над смертью, нет небесной будущности.

Господь явил Себя Моисею как «Господь, Господь, Бог человеколюбивый и милосердный, долготерпеливый и многомилостивый и истинный, сохраняющий милость в тысячи родов, прощающий вину и преступление и грех» (Исх. 34:6-7). Пророк Михей объявил: «Кто Бог, как Ты, прощающий беззаконие..?» (Мих. 7:18). Апостол Иоанн писал: «Если же ходим во свете, подобно как Он во свете, то имеем общение друг с другом, и кровь Иисуса Христа, Сына Его, очищает нас от всякого греха… Если исповедуем грехи наши, то Он, будучи верен и праведен, простит нам грехи наши и очистит нас от всякой неправедности» (1 Иоан. 1:7, 9).

Обычно отречение Петра от Господа рассматривается как великая трагедия, чем оно и было. Но если в этой истории видеть также его раскаяние и милостивое прощение, дарованное Господом, то эта трагедия служит для нас ещё и великим ободрением.

На протяжении всей истории искупления не многие святые падали так низко в грехе и неверности, как Пётр, который отверг своего Господа. Однако не многих святых Бог использовал так могущественно, как Петра, после того как он раскаялся и был восстановлен. Повествование об отречении Петра — неоспоримое свидетельство слабости нашей плоти, но в то же время это ободряющее свидетельство силы Божьей благодати. Даже в тех случаях, когда Божьи дети впадают в самые страшные грехи, Господь всегда рядом, чтобы простить их и возродить.

Каждый христианин временами предстаёт перед Господом подавленным и сокрушённым от осознания своей греховности. Человек, который никогда ничего подобного не испытывал, либо слишком холоден духовно, либо он не христианин вообще. Ничто так не сокрушает верующего, как внезапное осознание, что он отверг Господа тем, что сказал или, наоборот, не сказал, сделал или не сделал. И ничто так не радует его, как познание Божьей благодати, когда он исповедует свой грех неверности и обретает Божье прощение.

Отречение Петра было спонтанной реакцией на неожиданно возникшую опасность. Основу же своего отступничества Пётр заложил раньше. Используя другую метафору, можно сказать, что, прежде чем Пётр ступил во двор Каиафы, он уже сделал шаги в сторону отречения.

Первый шаг он сделал тогда, когда похвастался: «Если и все соблазнятся о Тебе, я никогда не соблазнюсь» (Матф. 26:33). Сказав эти слова, Пётр не только проявил беспочвенную уверенность в себе, но и откровенно опроверг предсказание Господа, что все ученики покинут Его в ту ночь (ст. 31). Чувство самоуверенности и преданности Иисусу убеждало Петра, что он неспособен на предательство. Он не мог даже представить, что могло бы заставить его поколебаться, и даже недвусмысленное предсказание Господа не могло убедить его в обратном. Пётр был уверен, что достиг духовной зрелости и что у него были правильные приоритеты, твёрдые убеждения и непоколебимая верность. Поэтому он и мысли не допускал, что способен изменить Господу.

Вторым шагом Петра к отречению было его неповиновение, проявившееся в том, что он дерзко упорствовал, отвергая данную ему Господом оценку. Даже когда Господь упомянул именно Петра и предсказал, что он не только убежит, как все остальные, но ещё и трижды отречётся от Него до наступления утра, Пётр дерзко возразил Ему и продолжал настаивать на своей верности. Подкрепляя своё предыдущее утверждение, он заявил: «Хотя бы надлежало мне и умереть с Тобой, не отрекусь от Тебя». Это неоправданное, но впечатляющее пустословие побудило и остальных учеников говорить подобное (ст. 35). Марк отмечает, что Пётр неоднократно заявлял о своей верности (Марк. 14:31).

Пётр не прислушался серьёзно к мнению живого Бога, Которого он исповедовал своими устами, отверг Его упрёк и возмутился, услышав его. Подобно многим верующим с тех пор, он гордо отказался подчиниться Божьему Слову и Его Духу.

Третьим шагом Петра к отречению было отсутствие молитвы. Греховная самоуверенность Петра проявилась не только в том, что он хвастался и не подчинялся Господу, но и в том, что он игнорировал молитву.

Когда Иисус взял Петра, Иакова и Иоанна с Собой вглубь сада и оставил их бодрствовать и молиться, пока Он наедине общался со Своим Отцом, все три ученика заснули. Иисус, найдя их спящими, обратился к Петру как к лидеру и представителю Двенадцати, говоря: «Так ли не могли вы один час бодрствовать со Мной? Бодрствуйте и молитесь, чтобы не впасть в искушение» (Матф. 26:40-41). Господь ещё дважды уходил, чтобы помолиться наедине, и каждый раз Пётр и двое других учеников снова засыпали (ст. 43, 45). Иисус только что предупредил их, что «дух бодр, плоть же немощна» (ст. 41), но они не осознавали себя слабыми и не видели необходимости бодрствовать и молиться. Не придавая серьёзного значения предупреждениям Господа об их недостатках и слабостях, ученики не отнеслись серьёзно к Его наставлениям укрепляться и быть духовно готовыми. Они самоуверенно ставили своё мнение выше мнения Господа и были равнодушны к Его призыву молиться.

Четвёртым шагом Петра к отречению была его независимая, неконтролируемая импульсивность. Не чувствуя необходимости в том, чтобы спросить у Господа совета или попросить у Него помощи, Пётр принимал решения единолично. Как только стража наложила руки на Иисуса, Пётр, «простёрши руку, извлёк меч свой и, ударив раба первосвященника, отсёк ему ухо» (Матф. 26:51; ср. Иоан. 18:10). Несмотря на то что Иисус неоднократно объяснял Своим ученикам, что Его страдания, смерть и воскресение были в планах Бога Отца (Матф. 16:21; 17:22-23; 20:18-19), Пётр отказывался верить в это. Он не мог допустить, чтобы его Господу причинили какой-либо вред, поэтому готов был бросить вызов как человеческой, так и божественной власти, направив свой меч против тех, кто пришёл арестовать Иисуса.

Пятым шагом Петра к отречению был его компромиссный поступок, когда он позволил себе находиться там, где ему грозила духовная опасность, — а именно во дворе первосвященника, — и где его вера могла повергнуться серьёзному испытанию, которое было выше его сил. Обетования Господа, что Он не позволит, чтобы Его дети «[были] искушаемыми сверх сил» (1 Кор. 10:13) и что Он «[избавит] благочестивых от искушения» (2 Пет. 2:9), не касаются тех случаев, когда Его дети сознательно проявляют непослушание.

Пётр не воспринимал слова Господа, потому что находился под влиянием своего «я», своей самодостаточности и чувствовал себя несокрушимым. И, возможно, потому, что Пётр только что видел, как вся толпа вдруг пала к ногам Иисуса (Иоан. 18:6), он тоже чувствовал себя непобедимым, поскольку рядом с ним был его Господь. Если Иисус не дал ему утонуть и чудесным образом спас его, когда Пётр пытался идти по воде (Матф. 14:31), то, конечно, Он мог защитить его сейчас.

Но Иисусу опять пришлось напоминать Петру, что он не творит волю Бога. Иисус указал на то, каким самонадеянным был Пётр, когда думал, что безопасность Иисуса зависела от действий Петра (Матф. 26:52-53).

Благонамеренный и по-человечески отважный Пётр постоянно ставил своё эгоцентричное человеческое понимание вещей выше божественного откровения Господа. Его человеческая воля мешала ему подчиниться воле Господа.

Поэтому, когда хвастовство Петра оказалось пустым, а его самонадеянность ― недостаточной, он просто потерпел крушение. Это было неизбежно.

Падение Петра

“Пётр же сидел вне, на дворе. И подошла к нему одна служанка и сказала: «И ты был с Иисусом Галилеянином». Но он отрёкся перед всеми, сказав: «Не знаю, что ты говоришь». Когда же он выходил за ворота, увидела его другая, и говорит бывшим там: «И этот был с Иисусом Назореем». И он опять отрёкся с клятвою, что не знает Этого Человека. Немного спустя подошли стоявшие там и сказали Петру: «Точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя». Тогда он начал клясться и божиться, что не знает Этого Человека. И вдруг запел петух. И вспомнил Пётр слово, сказанное ему Иисусом: «Прежде нежели пропоёт петух, трижды отречёшься от Меня»” (Мф.26:69-75а)

При первом прочтении кажется, что описания начального этапа суда над Иисусом в Евангелиях имеют противоречия. Иоанн пишет, что Иисуса сначала привели в дом к Анне, бывшему первосвященнику (Иоан. 18:13), тогда как Матфей утверждает, что Его привели в дом Каиафы, зятя Анны и действующего первосвященника в то время (Матф. 26:57).

Однако это кажущееся расхождение можно легко объяснить. В древние времена было вполне обычным делом, когда несколько поколений семьи жили под одной крышей. Поэтому, похоже, что особняк первосвященника со временем расширили, чтобы вместить пятерых сыновей Анны, которые один за другим служили первосвященниками. А теперь там жил и Каиафа со своей семьёй. Большие дома в древности задней стеной выходили на улицу, а фасадом — во внутренний дворик, скрытый от глаз людей. При такой планировке Анна и Каиафа могли иметь отдельные «дома» или флигели поместья, но при этом имели общий двор.

Поэтому двор Анны, о котором говорит Иоанн (18:15-16), и двор Каиафы, о котором упоминает Матфей (26:57-58), были одним и тем же местом. Когда Иисуса перевели из дома Анны в дом Каиафы, Ему просто пришлось перейти через общий двор или, возможно, общий коридор.

Пётр шёл следом за Иисусом и за теми, кто взял Его, до ворот особняка первосвященника, но во двор его не пустили. Он смог войти только тогда, когда «другой ученик, который был знаком первосвященнику, вышел, и сказал привратнице, и ввёл Петра» (Иоан. 18:16). Скорее всего, этим другим учеником был Иоанн, так как он всегда говорил о себе в третьем лице. Однако ни в Новом Завете, ни в других источниках не говорится, откуда он знал первосвященника. Неизвестно также, сколько времени Иоанн находился во дворе первосвященника и что он там делал.

Господь использовал его для того, чтобы впустить Петра, и после этого Иоанн исчезает с места действия.

Пётр хотел увидеть, чем закончится суд над Иисусом, хотя он должен был знать результат заранее, так как Господь неоднократно говорил Своим ученикам об этом. Пётр боялся, однако не мог не следовать за Господом на расстоянии, даже в логово Его врагов. Его любовь к Христу была слабой, но настоящей. Он следил за происходящим, надеясь остаться незамеченным в большой толпе мелких чиновников, воинов, слуг и других зрителей, которые собрались во дворе.

Когда Иисус предстал перед Каиафой, было уже, вероятно, около часа ночи. А Пётр в это время сидел вне, на дворе, «со служителями, и грелся у огня» (Марк. 14:54). И тут подошла к нему одна служанка, и сказала: «И ты был с Иисусом Галилеянином». Выражение «Галилеянин» жители Иерусалима часто использовали в насмешку, так как чувствовали своё превосходство над простоватыми северными соседями. Если кого-то называли галилеянином, то подразумевалось, что это человек отсталый и недалёкий.

В разных Евангелиях слова служанки слегка различаются, а это вероятно значит, что она произносила в основном одни и те же слова несколько раз, а то, что Пётр отрёкся перед всеми, означает, что многие люди в толпе слышали её обвинение. Описание последовательности отречений Петра также несколько отличается в четырёх Евангелиях. Это можно объяснить тем, что авторы Евангелий описывали различные аспекты трёх отречений, каждое их которых было кратким, хотя на самом деле могло быть и более многословным, чем это отражено в Писании.

Очевидно, Пётр сначала сказал служанке: «Я не знаю Его» (Лук. 22:57), а затем обратился ко всем слушающим: «Не знаю, что ты говоришь». Пётр был призван Иисусом, жил с Ним, учился у Него и был свидетелем тысяч чудес, которые совершал Иисус. Нельзя сказать, что он был неопытным или новообращённым верующим. Наоборот, Пётр был ветераном, прошедшим интенсивный трёхлетний курс ученичества.

Он был лидером среди Двенадцати. Однако этот близкий друг Господа, который всего несколько часов назад клялся, что скорее умрёт, чем оставит Христа, теперь отказался даже признать Его.

Если бы Иисус приказал Петру стоять рядом с Ним и защищать Его любой ценой, возможно, у Петра хватило бы мужества для подобного геройства. В конце концов, именно Пётр достал свой меч и единолично принял вызов воинов и храмовой стражи. Но, когда от него потребовалось гораздо меньше, он преткнулся. Возможно, он хорошо продумал, как будет защищаться, если на него нападут воины во дворе первосвященника, но оказался совершенно неготовым и был застигнут врасплох, когда пришлось решать гораздо менее опасную задачу. Он был готов сражаться на собственных условиях, но никак не на условиях сатаны и тем более не на условиях Христа. Из-за своей самоуверенности Пётр пренебрёг предостережением Господа о том, что нужно бодрствовать и молиться. Поэтому он оказался беззащитным перед опасностью, пришедшей оттуда, откуда он совсем не ожидал.

Таким же образом и христиане могут детально разрабатывать стратегию свидетельства или готовиться к защите дорогого им учения или нравственных норм, и вдруг столкнуться с каким-то вопросом или обстоятельствами, о которых они не предполагали и к которым оказались совершенно неготовыми. Часто, подобно Петру, мы тщательно к чемунибудь готовимся, полагаясь на свою собственную мудрость и ресурсы, и пренебрегаем водительством Божьего Слова, а также силой и руководством Божьего Духа, которые Он даёт по молитве.

Пётр был похож на Илию, который проявил мужество перед 850 пророками Ваала и дубравными пророками, но который, покинув гору победителем, испугался угроз со стороны одной женщины, Иезавель.

Пётр был живым примером того, о чём предостерегал Павел: «Поэтому, кто думает, что он стоит, берегись, чтобы не упасть» (1 Кор. 10:12). Во дворе первосвященника уже не было слышно его героического протеста, и высокомерный герой превратился в раболепного труса. Инстинкт самосохранения взял верх, и смелость Петра испарилась.

Непроизвольная реакция человека на неожиданные обстоятельства более точно характеризует его, чем запланированная реакция на ожидаемые обстоятельства. Наш истинный характер проявляется скорее всего именно тогда, когда мы оказываемся застигнутыми врасплох. Гордая самоуверенность Петра была его ахиллесовой пятой, и именно в это слабое место и целил сатана своей стрелой искушения. Упрямая вера Петра в себя и его нежелание полностью довериться Господу сделали его уязвимым для обыкновенной насмешки молодой служанки.

Чтобы избежать смущения, Пётр незаметно «вышел на передний двор» (Марк. 14:68), который, очевидно, находился около ворот. Он, вероятно, уходил не спеша, чтобы не привлекать внимания или не создавать впечатления, что убегает, будучи уличённым во лжи. Передний двор был тёплым местом, так как был защищён стеной сзади и крышей сверху.

Возможно, Пётр хотел быть поближе к выходу на случай, если бы храмовая стража попыталась арестовать его. Здесь к тому же было достаточно темно, и вероятность того, что его узнают, была меньшей, чем у костра.

Но, несмотря на все предосторожности Петра, его «вскоре» (Лук. 22:58) увидела другая служанка.

Очевидно, стремясь унизить Петра, эта служанка обратилась не прямо к нему, а к стоящим рядом бывшим там: «И этот был с Иисусом Назореем». Неизвестный человек также присоединился к этому обвинению, сказав: «И ты из них» (Лук. 22:58а). Перед служанкой Пётр отрёкся с клятвой, что не знает Этого Человека, а этому другому человеку он сказал с нарастающим раздражением: «Нет!» (Лук. 22:58б). В этот раз он не просто солгал, но солгал с клятвой, надеясь подкрепить свою ложь. Считалось, что всякая клятва, которую давал еврей, произносилась в Божьем присутствии, независимо от того, призывалось имя Бога или нет. Поэтому, по сути, Пётр призвал Бога в свидетели своей лжи.

Расстроенный, смущённый, загнанный в угол, перепуганный Пётр отчаянно пытался скрыть, что имел отношение к Иисусу и, тем более, что был Его близким другом.

Пойдя против своей природы Божьего дитяти, Пётр упорно отказывался признать взаимоотношения со своим Спасителем и Господом. Так как он полагался на свою собственную мудрость и силу, у него не хватило мужества исповедать Христа публично. Слабый и смущённый, он продолжал противиться истине Господа, отказываясь от Его помощи.

Даже когда Пётр был явно разоблачён, он всё равно продолжал настаивать на своём, проявляя высокомерную самоуверенность.

Как многие христиане, которые хорошо знают Библию, имеют опыт общения с Богом и активно участвуют в жизни церкви, Пётр чувствовал себя совершенным в духовном отношении. Однако, как очень скоро он обнаружил, в таком состоянии верующий более всего уязвим.

Твёрдо решив оставаться возле Господа, Пётр, несмотря на смущение и опасность, возможно, пробрался через двор к тому крылу дома, которое принадлежало Каиафе, надеясь узнать, как идёт судебное разбирательство. К этому времени Иисуса уже объявили богохульником, и теперь Его били, на Него плевали и над Ним насмехались (см. Марк. 14:64-65). Поскольку в какой-то момент Иисус смог посмотреть на Петра (Лук. 22:61), это значит, что Пётр и другие, находившиеся во дворе, были свидетелями оскорблений и избиений Иисуса.

Возможно, толпа, подстрекаемая происходящим в доме Каиафы, стала ещё сильнее травить Петра. Немного спустя, а Лука уточняет, что «прошло с час времени» (22:59), подошли стоявшие там и сказали Петру: «Точно и ты из них, ибо и речь твоя обличает тебя». Петра выдал его галилейский акцент, и он опять оказался загнанным в угол.

Иоанн утверждает, что Петра узнали также по внешнему виду. Один человек из толпы был рабом первосвященника и родственником Малха, «которому Пётр отсёк ухо». Он находился в толпе людей, которые пришли взять Иисуса. Обратившись к Петру, он сказал: «Не тебя ли я видел с Ним в саду?» (Иоан. 18:26). В этот момент Пётр достиг самого дна своего падения. Упорно отказываясь положиться на Иисуса, он сделал ещё один шаг на пути отречения, начав клясться и божиться, что не знает Этого Человека. Катанатематизо (клясться) — очень резкое слово, которое означало, что человек, который клялся, призывал смерть на свою голову от руки Бога, если он лгал. Это, возможно, самое чудовищное употребление имени Бога всуе, какое только можно представить. Пётр, по сути, как бы сказал: «Пусть Бог проклянёт и умертвит меня, если я говорю неправду». Слово омнуми (божиться) было менее категоричным заверением в том, что человек говорит правду, но, тем не менее, это было достаточно сильное утверждение.

Пётр потерял всякое ощущение реальности и, похоже, совсем забыл о Боге. Сравнение этого эпизода в Евангелиях показывает, что обвинение кого-то из толпы в адрес Петра звучало трижды, и что он каждый раз отрекался от Господа. По мере того как высказывания становились более конкретными и носили характер обвинения, Пётр всё больше впадал в крайность, и его отречение становилось всё более категоричным.

И «когда ещё говорил он» (Лук. 22:60), вдруг запел петух «во второй раз» (Марк. 14:72). В этот же момент «Господь, обернувшись, взглянул на Петра» (Лук. 22:61), очевидно через окно, выходящее во двор. Этот взгляд, должно быть, пронзил Петра до глубины души, обличив грех в его сердце и совести. Видеть Господа, стоящим там со связанными руками, с лицом, избитым и оплёванным, — этого Пётр не мог выдержать.

И как если бы этого молчаливого обвинения было недостаточно, Пётр, — стоя как вкопанный, испытывая самое большое мучение в своей жизни, когда встретился с глазами Господа, — вспомнил также слово, сказанное ему Иисусом: «Прежде нежели пропоёт петух, трижды отречёшься от Меня». Эти слова Господа вместе с Его взглядом заставили Петра испытать непереносимые муки совести.

Раскаяние Петра

“И выйдя вон, плакал горько” (Мф.26:75б)

Истинная сущность Петра проявилась не в его отречении, а в его покаянии, первым шагом к которому стало глубокое сожаление о содеянном. Когда он наконец-то осознал весь ужас своего греха, он с отвращением отвернулся от него. Пётр, как и Иуда, убежал в ночь, но в отличие от Иуды он вернулся к Господу с верой. Его вера потерпела неудачу и ослабла, но это была искренняя вера, и Сам Иисус Христос молился о том, чтобы эта вера устояла (Лук. 22:32).

Когда Иуда, наконец, понял, что он натворил, он испытал угрызения совести и глубокое сожаление о содеянном. Он, вероятно, хотел прожить эти три года, и особенно последние несколько часов своей жизни, заново. Но его сердце не изменилось. Он не раскаивался в своих грехах и не принимал Иисуса своим Господом и Спасителем, поэтому, в отличие от Петра, он не имел веры, которая могла бы ослабнуть. Иисус не мог удержать Иуду, потому что тот никогда Ему не принадлежал.

Потрясённый любовью и благодатью своего Спасителя, а также своим грехом и неверностью, Пётр, выйдя вон, горько плакал. Мы не знаем, куда он пошёл и сколько времени там пробыл. Возможно, он вернулся в Гефсиманский сад, где ещё совсем недавно он не чувствовал необходимости в молитве. Где бы ни находился Пётр, это было укромное место, где он исповедал свой грех и просил о прощении.

Трагическая история, которая случилась с Петром в саду, является великим уроком для самонадеянных, неподготовленных верующих, а также свидетельством Божьего прощения и восстановления согрешившего святого. Хотя осмыслить свои действия Пётр, вероятно, смог лишь тогда, когда утихла боль мучений, он научился никогда больше не сомневаться в словах Иисуса. Наконец-то он понял, что если Господь сказал, что чему-то предстоит быть, то так оно и будет.

Пока Пётр не увидел лица Господа и не вспомнил Его слова, он не пришёл в себя и не осознал своего греха и беспомощности. Лишь тогда он раскаялся. И покаяться Петра заставил не грех. Многие люди вполне осознают, что в их жизни есть грех. Они без труда признают его реальность и понимают его последствия. Но пока они не придут к Христу за прощением и очищением, простое осознание греха ещё более повергнет человека в отчаяние и безнадёжность и ещё более в грех. Прощение и восстановление происходит лишь тогда, когда человек отвращается от греха и приходит к Богу. Поэтому истинная проповедь Евангелия — это не просто призыв к людям отвратиться от греха. Это призыв превознести Господа Иисуса Христа, чтобы грешный человек, познав Его праведность и благодать, не только понял весь ужас своего греха, но и осознал, что только Христос может снять с него этот грех.

Господь подтвердил Своё обетование, что вера Петра не иссякнет.

После того как Иисус несколько раз явился Своим ученикам после воскресения, Он трижды спрашивал Петра о его любви к Нему, ровно столько раз, сколько Пётр отрёкся от этой любви. И как Пётр трижды отверг любовь Христа, так теперь он трижды подтвердил её (Иоан. 21:15-17).
Спустя много лет, в конце своей жизни, Пётр, несомненно, всё ещё помнил о том случае во дворе первосвященника. Вероятно, именно об этом трагическом событии он думал, когда писал наставление верующим: «Итак, вы, возлюбленные, будучи предупреждены об этом, берегитесь, чтобы вам… не отпасть от своего утверждения, но возрастайте в благодати и познании Господа нашего и Спасителя Иисуса Христа» (2 Пет. 3:17-18).

Вся слава Христу

Современные деревянные оконные системы имеют достаточно прочный эксплуатационный ресурс. В этом направлении оконного сервиса, как ремонт деревянных окон современных типов и конструкций, сформирован устойчивый спрос. Наше предприятие осуществляет ремонт и обслуживание деревянных окон http://www.realprof.ru/derevo-remont.htm со стеклопакетами и проводит ремонтные работы на других светопрозрачных конструкциях из деревянных профилей.


Об авторе:

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому, к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах для нас, силою Божиею через веру соблюдаемых ко спасению, готовому открыться в последнее время. (1Пет.1:3-5)
  Похожие статьи

Добавить комментарий