Око за око

“Вы слышали, что сказано: «Око за око и зуб за зуб». А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два. Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся” (Мф.5:38-42)

В американской жизненной философии за основу взято положение о неотъемлемости определённых прав человека. Согласно Декларации независимости США, важнейшими правами признаются право на жизнь, свободу и стремление к счастью. В наше время этот перечень значительно пополнился.

Возникли движения за гражданские права, права женщин, детей, рабочих, заключённых и так далее. Никогда прежде общество не было так сильно обеспокоено правами человека, как сейчас.

Люди возносят тех, кто отстаивает свои права, невзирая на других. Дух эгоизма и самозащиты характеризует падшую человеческую природу. Более всего грешный человек жаждет обладать тем, что считает своим. И оберегая собственность, он не пощадит покусившихся на неё. Месть, зачастую «с процентами», есть не что иное как закономерный продукт эгоизма.

Неумеренная обеспокоенность собственными правами исходит от непомерного эгоизма и ведёт к вопиющему беззаконию. Если во главу угла мы ставим обретение и сохранение того, что принадлежит нам «по праву», тогда никто и ничто на нашем пути — в том числе закон — не имеет ценности.

Поскольку каждому обладать всем желаемым просто невозможно, настойчивое требование своего неизбежно приводит к попранию прав и благополучия других ремонт окон. Послушание закону и уважение прав других всегда оказываются главными потерпевшими в борьбе за «мои» права. Когда на передний план выходит личное «я», всё остальное отступает на задний.

Когда преобладают личные интересы, справедливость уступает место мстительности. Беспристрастная забота о справедливости превращается в личную месть. Забота о защите общества подменяется беспокойством о личной безопасности. Иаков отмечает, что такое искажение — источник всех войн и конфликтов между людьми. «Откуда у вас вражда и распри? Не отсюда ли — от вожделений ваших, воюющих в членах ваших? Желаете — и не имеете; убиваете и завидуете — и не можете достигнуть» (Иак. 4:1-2). Когда на первое место ставятся личные права, справедливость страдает.

Немногие могут сказать, что их законные права были попраны сильнее Павловых. Однако он написал эгоистичной, потакающей плотским желаниям коринфской общине: “Не Апостол ли я? Не свободен ли я? Не видел ли я Иисуса Христа, Господа нашего? Не моё ли дело вы в Господе?.. Или мы не имеем власти есть и пить? Или не имеем власти иметь спутницей сестру жену, как и прочие Апостолы, и братья Господа, и Кифа? Или один я и Варнава не имеем власти не работать?.. Если другие имеют у вас власть, не тем ли более мы? Однако мы не пользовались этой властью, но всё переносим, чтобы не поставить какой преграды благовествованию Христову” (1 Кор. 9:1, 4-6, 12).

Павел охотно отказался от своих прав ради Евангелия и блага ближних.

Но и Павел не всегда одерживал победу над своей греховной природой.

Представ перед синедрионом во время последнего заключения в Иерусалиме, он начал своё выступление, говоря: «Мужи братья! Я всей доброй совестью жил пред Богом до сего дня». В этот момент первосвященник Анания приказал стоявшим перед ним бить Павла по устам. Тогда Павел сказал ему: «Бог будет бить тебя, стена подбелённая! Ты сидишь, чтобы судить по закону, и, вопреки закону, велишь бить меня». Но как только ему сказали, что он говорит с первосвященником, Павел тут же извинился: «Я не знал, братья, что он первосвященник; ибо написано: „Начальствующего в народе твоём не злословь“» (Деян. 23:1-5). На мгновение Павлом овладел гнев, и он ответил обидчику резким словом.

Анания, по-видимому, не был облачён в первосвященнические одежды, и поэтому Павел его не узнал. Но даже если бы он и знал, что говорит с Ананией, по человеческим меркам, у Павла было ещё больше оснований справедливо высмеять религиозного вождя, приказавшего его бить. Анания был на редкость подлым, высокомерным и аморальным человеком, бесчестившим свой высокий сан. И, как напомнил ему Павел, приказание бить заключённого до вынесения приговора противоречило иудейским законам, которые Анания присягал блюсти. Однако Павел сознавал, что поступил неправильно. В Божьих очах он не имел права говорить о власть имущем с пренебрежением, и он осудил свой поступок словами Писания.

Возможно, ни один текст в Нагорной проповеди не искажался так часто, как 5:38-42. Из объяснения этого отрывка получалось, что христиане должны быть бесхарактерными «тряпками». Его использовали для поощрения пацифизма, отказа от военной службы, оправдания беззакония, анархии и множества других положений, в нём не содержащихся. Русский писатель Л. Н. Толстой основал на этом тексте один из своих наиболее известных романов. Идея «Войны и мира» заключается в том, что для достижения утопически идеального общества необходимо упразднение полиции, вооружённых сил и других органов власти.

Однако Иисус уже пояснил, что не собирается преступать даже буквы закона Божьего (5:17-19), который учит уважать власть и повиноваться ей и человеческому закону.

Среди множества заблуждений, содержавшихся в учении книжников и фарисеев (см. Матф. 5:20), присутствовала идея мести и борьбы за свои права. В пятом пояснении, противопоставляющем Божью и фарисейскую праведность, Иисус снова показывает, как раввинская традиция исказила Божий святой закон в угоду эгоистичным намерениям неправедных людей.

Принцип Закона Моисеева 

“Вы слышали, что сказано: «Око за око и зуб за зуб»” (Мф.5:38)

Эта цитата взята непосредственно из Ветхого Завета (Исх. 21:24; Лев.24:20; Втор. 19:21). Она отражает принцип lex talionis, одного из самых древних сводов законов. Попросту говоря, этот закон требовал, чтобы наказание в точности соответствовало совершённому преступлению. Та же мысль содержится в поговорках «услуга за услугу» и «как аукнется, так и откликнется». Первое письменное свидетельство о lex talionis встречается в Кодексе Хаммурапи, великого вавилонского царя, жившего двумя столетиями раньше Моисея. Однако вполне вероятно, что этот принцип широко применялся задолго до его правления.

Око за око и зуб за зуб Пятикнижия — это лишь часть более длинного перечня, включающего «руку за руку, ногу за ногу, обожжение за обожжение, рану за рану, ушиб за ушиб» (см. Исх. 21:24-25) и «перелом за перелом» (Лев. 24:20). И в законе Моисея, и в Кодексе Хаммурапи принцип соразмерности наказания и преступления преследовал две основных цели.

Во-первых, необходимо было пресечь дальнейшие преступления. Если совершивший преступление наказан, то «и прочие услышат, и убоятся, и не станут впредь делать такое зло среди тебя» (Втор. 19:20).

Во-вторых, необходимо было предупредить чрезмерное наказание, основанное на личной мести и суровом воздаянии, которое восхвалял Ламех: «Человек задел меня, и я убил его! Ребёнок ударил меня, и я убил его! Наказание за Каина было великое, но наказание за моё убийство будет во много раз хуже!» (Быт. 4:23-24, Современный перевод библейских текстов). Наказание должно было соответствовать причинённому вреду, но не превышать его.

Чрезвычайно важно отметить, что все три текста Пятикнижия, где упоминается принцип «око за око», относятся к системе гражданского правосудия. 21–23 главы книги Исход всецело посвящены гражданскому праву Израиля. Подобные доктрины рассматриваются в 24-й главе книги Левит и 19-й главе Второзакония. Наказание иногда исполнялось жертвой, но судебное разбирательство и вынесение приговора всегда было обязанностью большого представительного собрания граждан или назначенных в соответствующем порядке судей (см. Исх. 21:22; Втор. 19:18; Лев. 24:14-16).

Принцип «око за око» был справедливым в том плане, что требовал соразмерности наказания и проступка. Это был милостивый закон, поскольку он сдерживал природную склонность человека искать воздаяния за преступление с лихвой. К тому же это был добродетельный закон, так как он ограждал общество от дополнительных правонарушений.

Греховной человеческой природе свойственна избыточность в воздаянии.

Нас искушает желание получить больше простого восстановления справедливости. Гнев и негодование жаждут возмездия, вроде того, что прославлял Ламех. Месть никогда не довольствуется справедливостью. Она желает получить своё, сколь бы малой ни была обида. Вот почему Бог не даёт человеку права на месть. «У Меня отмщение и воздаяние», — говорит Господь (Втор.32:35; ср. Рим. 12:19; Евр. 10:30).

Бог от начала заповедал человеку: «Если голоден враг твой — накорми его хлебом, и если он жаждет — напои его водой» (Прит. 25:21; ср. Матф.5:44; Рим. 12:20). Никто не имеет права говорить: «Как он поступил со мной, так и я поступлю с ним; воздам человеку по делам его» (Прит. 24:29).

В Ветхом Завете нет ни одного примера, где бы человеку позволялось управлять законом и лично вершить правосудие.

Искажение Закона в равиннском придании

Однако именно в этом преуспело предание раввинов. В сущности, каждому позволялось стать самому судьёй, присяжным и палачом. Божий закон был превращён в частное право, а гражданское правосудие — в личную месть. Вместо правильного понимания заповеди «око за око и зуб за зуб» как ограничивающей наказание, его применяли в угоду себе, в качестве наказа мстить — что и совершалось нередко на протяжении истории.

То, что Господь дал как ограничение для гражданского суда, иудейское предание обратило в личное право мести. Кроме того, эгоцентричная и самонадеянная «праведность» книжников и фарисеев полностью исказила Божий святой закон.

Божье объяснение Закона 

“А Я говорю вам: не противься злому. Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую; и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду; и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два. Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся” (Мф.5:39-42)

В заповеди «не противься злому» Иисус опровергает неверное толкование фарисеев и запрещает месть за личные обиды. Он не учит, как утверждали многие, непротивлению злу, то есть невмешательству, позволяющему греху идти своей дорогой. Иисус и Апостолы всегда противостояли злу. Господь выступил против осквернения Божьего храма, сделав бич из верёвок и силой изгнав торговцев и меновщиков (Матф. 21:12; Иоан. 2:15). Мы должны «противостать диаволу» (Иак. 4:7; 1 Пет. 5:9) и всему злу, за которым он стоит и которое вдохновляет (Матф. 6:13; Рим. 12:9; 1 Фес. 5:22; 2 Тим. 4:18).

Надлежащее противостояние злу подразумевает противостояние ему и в церкви. Когда Пётр пошёл на компромисс с иудействующими, Павел «противостал ему, потому что он подвергался нареканию» (Гал. 2:11). Если в общине кто-то поступает безнравственно, Господь повелевает: «Извергните развращённого из среды вашей» (1 Кор. 5:13; ср. Втор. 13:5). Иисус говорил, что согрешающего верующего сперва следует обличить с глазу на глаз, а потом, если не раскается, при двух или трёх членах общины. «Если же не послушает их, скажи церкви; а если и церкви не послушает, то да будет он тебе, как язычник и мытарь» (Матф. 18:15-17). Павел вторит Христу, говоря, что если в церкви кто-то живёт во грехе, его следует обличить «перед всеми, чтобы и прочие страх имели» (1 Тим. 5:20).

То, что принцип непротивления злу не распространяется на государственную власть, ясно из многих текстов Нового Завета. Гражданская власть «есть Божий слуга, тебе на добро, — говорит Павел. — Если же делаешь зло, бойся, ибо он не напрасно носит меч: он Божий слуга, отмститель в наказание делающему злое» (Рим. 13:4). Пётр заповедует: «Итак, будьте покорны всякому человеческому начальству ради Господа: царю ли, как верховной власти, правителям ли, как от него посылаемым для наказания преступников и для поощрения делающих добро» (1 Пет. 2:13-14).

Ради Божьей праведности и человеческой справедливости, верующим необходимо не только самим соблюдать закон, но и настаивать на его соблюдении другими. Сообщая о преступлении, мы проявляем сочувствие, справедливость, благочестивую покорность — это наша гражданская обязанность. Умаление, извинение или прикрытие преступления — грех, а не проявление любви, ибо это покушение на гражданскую справедливость и Божью праведность.

Пока в человеке живёт грех, зло надлежит сдерживать законом. Нашему погрязшему в преступлениях обществу было бы полезно вновь обратиться к изучению и применению библейского закона. Оставляя Бога, человек оставляет Его справедливые нормы и Его святой закон. Беззаконие, то есть отрицание закона, — такой же враг Евангелия, как законничество и показная праведность. Ветхий и Новый Заветы не отличаются в вопросах закона и благодати, справедливости и милосердия. Ветхий Завет не учит о Божьей праведности и справедливости в ущерб Его любви и милости, равно как и Новый Завет не учит о любящем и милующем Боге, не говоря о Его праведности и справедливости. В отношении морального закона откровение Бога остаётся неизменным.

Перестав проповедовать Божью праведность, справедливость и вечное осуждение грешников, церковь перестала проповедовать Евангелие во всей его полноте, отчего весьма пострадало и общество, и сама церковь. Перестав требовать от своих членов повиновения Божьим требованиям и прекратив церковное взыскание, церковь принесла в жертву силу нравственного влияния на общество. Одно из последствий либерального богословия — гражданское и религиозное беззаконие.

Непротивление злу не отличается ни справедливостью, ни добротой. Оно не способно защитить невинного и неизбежно потворствует злу. Надлежащее же противостояние злу не только справедливо, но и благотворно.

Артур Пинк писал:

“Бог предписывал магистратам и судьям не «реабилитировать» дебоширов или потакать дегенератам, а быть орудием охраны закона и обеспечения правопорядка, внушающим ужас злу. В 13-й главе Послания к Римлянам сказано, что начальник — «отмститель в наказание делающему злое»… Совесть довели до коматозного состояния. Требования правосудия всячески заглушаются. Повсеместно бытуют идеи хмельного раскаяния. Учение о вечном наказании было отвергнуто — подчас втихомолку, а зачастую открыто, — а церковные взыскания стали ставиться ни во что. Церкви отказываются ужесточать наказания и закрывают глаза на вопиющие преступления. Последствия не заставили себя долго ждать: развал в семьях и формирование тошнотворного и бесхребетного «общественного мнения». Школьные учителя так запуганы безрассудными родителями и детьми, что подрастающему поколению всё больше позволяется идти своей дорогой, не страшась последствий. И если какой-то смелый в своих убеждениях судья вынесет приговор животному за нападение на пожилую женщину — жди шумного протеста.”

Опускать планку Божьего правосудия — значит понижать Божьи требования праведности, которые Иисус пришёл разъяснить и исполнить, а не свести на нет.

Значение слова антистеми (противиться) — «быть категорически против или сопротивляться чему-либо», и в контексте оно явно относится к причинённому нам вреду со стороны злого. Иисус имеет в виду личную месть и озлоблённость. Этому же учил Павел, говоря: «Никому не воздавайте злом за зло… Не мстите за себя, возлюбленные, но дайте место гневу Божьему. Ибо написано: „Мне отмщение, Я воздам“, — говорит Господь» (Рим. 12:17,19). Месть вообще недопустима в обществе, а уж тем более среди христиан.

Мы призваны побеждать направленное против нас зло добром (Рим. 12:21).

Установив основной принцип в Матф. 5:39а, в ст. 39б-42 Христос иллюстрирует принцип невоздаяния на примере четырёх основополагающих прав человека: права на сохранение достоинства, права на безопасность, права на свободу и права на собственность.

Достоинство 

“Но кто ударит тебя в правую щеку твою, обрати к нему и другую” (Мф.5:39б) 

Каждый человек имеет право на достойное к себе отношение, почёт и уважение. Поскольку все люди созданы по Божьему образу, Бог требует, чтобы мы уважали друг друга. Тем не менее, Он знает, что нас не всегда будут уважать. Зачастую над нами будут насмехаться, нас будут осуждать и пренебрегать нами только потому, что мы принадлежим Богу и носим имя Его Сына (см. Матф. 10:16-23; Иоан. 15:18–16:13; 1 Пет. 2:20-21; 3:13-17; 4:12-19; ср.1 Тим. 3:12). В этом отрывке Иисус говорит как раз о том, как относиться к подобным оскорблениям и поношениям.

В иудейском обществе пощёчина, как и вообще любой удар по лицу, считалась самым унизительным оскорблением (ср. Матф. 26:67-68; Марк.14:65; Иоан. 18:22). Удар по другой части тела мог причинить больший вред, но пощёчина демонстрировала посягательство на честь человека и была проявлением крайнего пренебрежения. Подобное презрительное отношение к кому бы то ни было свидетельствовало, что его и человеком-то не считают.

Даже раб предпочёл бы палку и кнут от хозяина, чем пощёчину.

Удар по правой щеке демонстрировал безумную ярость и явное желание нанести оскорбление. Однако, когда нас оскорбляют, порочат нашу репутацию и осуждают — морально или физически бьют по щеке, — мы должны обратить и другую. И всё же слова Христа больше учат нас тому, чего мы не должны делать, чем тому, что должны. Обращение другой щеки символизирует смирение, кротость духа, нежелание мстить. Эти качества должны отличать граждан Небесного Царства (ср. ст. 3, 5).

Иисус решительно противостоял злу, направленному против других, особенно против Его Отца (как в случае, когда Он очистил храм от осквернителей). Но Он не противился никакому злу, направленному против Него.

Когда члены Синедриона насмехались и унижали Христа, а потом солдаты избивали Его, Он не воздавал им ни словом, ни делом (Матф. 26:67-68). Как пророчествовал о Христе Исаия, Он предал спину Свою бьющим и щёки Свои поражающим (Ис. 50:6). На кресте Иисус молился: «Отче! Прости им, ибо не знают, что делают» (Лук. 23:34). Пётр также приводит Христа в пример: «Но если, делая добро и страдая, терпите, это угодно Богу. Ибо вы к тому призваны, потому что и Христос пострадал за нас, оставив нам пример, чтобы мы шли по следам Его. Он не сделал никакого греха, и не было лести в устах Его. Будучи злословим, Он не злословил взаимно; страдая, не угрожал, но предавал то Судии Праведному» (1 Пет. 2:20-23).

Когда кто-то лишает нас права на достойное обращение, мы не должны отстаивать это право и расправляться с обидчиками. Мы должны вверить нашу жизнь и честь в руки Господа, зная, что однажды будем жить и править с Ним в Его Царстве, окружённые вечной славой.

Безопасность 

“и кто захочет судиться с тобою и взять у тебя рубашку, отдай ему и верхнюю одежду” (Мф.5:40)

Упоминаемая в этом стихе рубашка была длинной нижней одеждой, а верхняя одежда кроме основной цели служила ещё и вместо одеяла. В те времена у многих была всего лишь одна верхняя одежда и одна-две рубашки. Именно эту верхнюю одежду по закону Моисея нужно было вернуть владельцу «до захода солнца… ибо она есть единственный покров у него» (Исх.22:26-27).

Иисус говорит не о грабеже, а о законном требовании того, кто захочет судиться с тобою. Если у человека не было денег или имущества, суд зачастую требовал, чтобы взыскание или судебное решение оплачивалось одеждой. Праведные граждане Царства должны с готовностью отдать свою, пусть даже дорогостоящую, верхнюю одежду, но не оскорблять соперника и не сеять вражду. Суд не мог забрать верхнюю одежду, её отдавали добровольно, чтобы оплатить долг. О такой готовности с нашей стороны и говорит Господь в этом отрывке.

Если нам в судебном порядке справедливо предъявлен иск на определённую сумму, мы должны быть готовы заплатить даже сверх этого, чтобы засвидетельствовать своё сожаление о содеянном и показать, что мы не держим зла на истца. Этим мы проявим любовь Христа и покажем, что мы «сыны Отца [нашего] Небесного» (ст. 45). Лучше быть обиженным, чем мстить и злиться. (Позже Павел наставлял христиан в 1 Кор. 6:1-8 о тяжбах, обращая внимание на похожий принцип готовности терпеть лишения, но не мстить).

Свобода 

“и кто принудит тебя идти с ним одно поприще, иди с ним два” (Мф.5:41)

Третье право, которым должны быть готовы пожертвовать граждане Царства, — это право на свободу. Свобода изначально предусматривалась Богом для человека, созданного по Его образу. Рабская зависимость и неволя — результат грехопадения. Они не входили в изначальный замысел Господа в отношении Его творения. Лучшие правители (и правительства) всегда защищали свободу своих граждан, а порой и свободу граждан других государств.

И Господь, и человеческая справедливость признают право людей на определённые свободы. Но, как и все другие права, право на свободу нельзя ставить выше праведности или верности Богу.

Римское право позволяло солдатам принуждать гражданских лиц нести их снаряжение одно поприще (греч. милион) длиной в одну римскую милю, которая немного короче современной сухопутной мили. Этот закон, облегчавший жизнь солдат, не только причинял неудобства простым гражданам, но и унижал их, поскольку жители покорённых стран вынуждены были нести оружие и снаряжение оккупантов. Вне поля брани никогда к римскому солдату, наверно, не питали большей ненависти, чем в тот момент, когда он заставлял кого-то нести своё снаряжение.

Но Христос учит, что даже столь унизительное бремя нужно сносить охотно, и не просто охотно, а с великодушием. Если нас принуждают идти одно поприще, мы должны быть готовы пройти два. Если кто-то покушается на нашу заветную свободу, мы должны с лёгкостью уступить, а не воздавать местью. Этим мы проявим повиновение Господу и засвидетельствуем о Его праведности, ибо знаем, что в Нём мы обрели ни с чем не сравнимую свободу. Эту свободу мир не в силах отнять.

Собственность 

“Просящему у тебя дай, и от хотящего занять у тебя не отвращайся” (Мф.5:42)

Четвёртое право, которое мы должны принести в жертву, касается нашей собственности. Собственничество — ещё один признак греховной природы человека. Мы не любим расставаться даже на время с тем, что считаем своим. Даже христиане нередко забывают, что на самом деле нам не принадлежит ничего: мы — всего лишь управляющие имением Господа. Впрочем, как и у всех людей, у нас есть право охранять своё имущество. Оно наше по праву, и мы можем распоряжаться им по нашему усмотрению.

Но, если потребуется, это право также следует принести на алтарь послушания Христу. Если кто-то просит у нас взаймы, мы не должны отворачиваться от него. Другими словами, мы должны удовлетворить его просьбу.

Подразумевается, что просящему действительно нужно то, о чём он просит.

Мы не обязаны потакать любой глупости и эгоистическим выходкам. Порой дать человеку желаемое, но ненужное в итоге оказывается медвежьей услугой, причиняя ему больше вреда, чем пользы.

Здесь предполагается принцип, что мы должны предложить помощь, как только узнаем о нужде, не дожидаясь просьбы. Иисус имеет в виду не согласие, о котором потом жалеют, а охотное, великодушное и искреннее желание помочь ближнему. Господь говорит о благородном желании соучаствовать в нуждах других. Здесь нет места показной добродетели или добрым делам для успокоения совести.

Иисус не выступает против гражданского правосудия, которому место в суде. Он выступает против эгоизма (которым отличались лицемерные фарисеи, слушавшие Нагорную проповедь), которому не должно быть места в сердцах Его народа.

Только тот не обороняется, не мстит и не таит в сердце зла, кто умер для себя. Борьба за свои права доказывает, что «я» всё ещё правит в сердце.

Искренне верующий во Христа живёт для Него и, если потребуется, умрёт за Него (Рим. 14:8). Невозможно одновременно жить для себя и для Христа.

Джордж Мюллер писал: «В один прекрасный день я умер, навеки умер для Джорджа Мюллера — его суждений, предпочтений и вкусов, и его воли. Я умер для мира, его одобрения или осуждения. Я умер для похвалы и упрёков даже со стороны своих братьев и друзей. С тех пор я повсеместно стремился снискать благоволение в очах Божьих».

Такому образу мыслей учит Иисус в этом отрывке — мировоззрению, которое невозможно обрести без спасительной благодати. Такое отношение проявил Авраам, отдав лучшую землю своему племяннику Лоту. Так поступил Иосиф, с любовью обнявший своих братьев, несмотря на весь ужас их поступка. Такое отношение не позволило Давиду воспользоваться подходящим случаем и убить Саула, желавшего расправиться с ним. Это же отношение побудило Елисея накормить вражескую армию ассирийцев. А Стефан с таким отношением молился за побивавших его камнями. Это отношение каждого верующего, стремящегося силой Духа Святого быть совершенным, как совершенен Отец наш Небесный (ст. 48).

Вся слава Христу

Об авторе:

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому, к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах для нас, силою Божиею через веру соблюдаемых ко спасению, готовому открыться в последнее время. (1Пет.1:3-5)
  Похожие статьи

Добавить комментарий