Царство и мир

“Другую притчу предложил Он им, говоря: «Царство Небесное подобно человеку, посеявшему доброе семя на поле своём. Когда же люди спали, пришёл враг его и посеял между пшеницей плевелы, и ушёл. Когда взошла зелень и показался плод, тогда явились и плевелы. Придя же, рабы хозяина дома сказали ему: „Господин! Не доброе ли семя сеял ты на поле твоём? Откуда же на нём плевелы?“ Он же сказал им: „Враг человек сделал это“. А рабы сказали ему: „Хочешь ли, мы пойдём, выберем их?“ Но он сказал: „Нет, — чтобы, выбирая плевелы, вы не выдергали вместе с ними пшеницу. Оставьте расти вместе то и другое до жатвы. И во время жатвы я скажу жнецам: “Соберите прежде плевелы и свяжите их в снопы, чтобы сжечь их, а пшеницу уберите в житницу мою”“». Иную притчу предложил Он им, говоря: «Царство Небесное подобно зерну горчичному, которое человек взял и посеял на поле своём, которое, хотя меньше всех семян, но, когда вырастет, бывает больше всех злаков и становится деревом, так что прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его». Другую притчу сказал Он им: «Царство Небесное подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки, доколе не вскисло всё». Всё это Иисус говорил народу притчами, и без притчи не говорил им, да сбудется речённое через пророка, который говорит: «Открою в притчах уста Мои; изреку сокровенное от создания мира». Тогда Иисус, отпустив народ, вошёл в дом. И, приступив к Нему, ученики Его сказали: «Объясни нам притчу о плевелах на поле». Он же сказал им в ответ: «Сеющий доброе семя есть Сын Человеческий; поле есть мир; доброе семя — это сыны Царства, а плевелы — сыны лукавого; враг, посеявший их, есть диавол; жатва есть кончина века, а жнецы — это ангелы. Поэтому, как собирают плевелы и огнём сжигают, так будет при кончине века сего: пошлёт Сын Человеческий ангелов Своих, и соберут из Царства Его все соблазны и делающих беззаконие, и ввергнут их в печь огненную; там будет плач и скрежет зубов. Тогда праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их. Кто имеет уши слышать, да слышит!»” (Мф.13:24-43)

В первой из восьми притч в 13-й главе Иисус объяснил, какие четыре вида реакций на весть Евангелия — три отрицательных и одна положительная — следует ожидать от людей в период тайного существования Царства Небесного, то есть в эпоху Церкви, время между Его Первым и Вторым пришествиями (ст. 3-8, 18-23), а также во время Тысячелетнего Царства. Во второй притче Господь объясняет, что происходит с неверующими на этих этапах Царства.

Притча о пшенице и плевелах 

“Другую притчу предложил Он им, говоря: «Царство Небесное подобно человеку, посеявшему доброе семя на поле своём. Когда же люди спали, пришёл враг его и посеял между пшеницей плевелы, и ушёл. Когда взошла зелень и показался плод, тогда явились и плевелы. Придя же, рабы хозяина дома сказали ему: „Господин! Не доброе ли семя сеял ты на поле твоём? Откуда же на нём плевелы?“ Он же сказал им: „Враг человек сделал это“. А рабы сказали ему: „Хочешь ли, мы пойдём, выберем их?“ Но он сказал: „Нет, — чтобы, выбирая плевелы, вы не выдергали вместе с ними пшеницу. Оставьте расти вместе то и другое до жатвы. И во время жатвы я скажу жнецам: “Соберите прежде плевелы и свяжите их в снопы, чтобы сжечь их, а пшеницу уберите в житницу мою”“»” (Мф.13:24-30)

Эта притча также использует образ земледельца, сеющего семена на своём поле. Но здесь акцент ставится не на том, что происходит с добрым семенем (как в первой притче), а на том, что происходит с плохим семенем, которое враг посеял рядом с добрым семенем.

Предполагается, что это доброе семя упало на плодородную почву, пустило корень и выросло, став здоровым и продуктивным злаком, а именно пшеницей I&Camp – летний детский лагерь. Человек, посеявший доброе семя, — это владелец земли (ст.27), который засевает поле своё.

Под фразой «когда же люди спали» не подразумевается пренебрежительное отношение или лень, а просто имеется в виду ночное время, когда земледелец и его люди находились дома и спали. Поэтому они не знали, что происходит на недавно засеянном поле. Когда они спали, пришёл враг земледельца, посеял между пшеницей плевелы и ушёл.

«Плевелы» — от слова зизанион, которое означает разновидность сорняков, очень напоминающих пшеницу. Пока не созреет пшеница и не появится плод, их почти невозможно отличить. Из-за этого сходства в древности враг, который из злобы или мести хотел уничтожить или, по крайней мере, в значительной степени испортить чей-то урожай, сеял между пшеницей плевелы. Это было достаточно распространённое преступление, против которого римляне издали специальный закон.

И лишь спустя многие недели, когда взошла зелень и показался плод, тогда явились и плевелы. Увидев так много плевел среди пшеницы, рабы домовладыки спросили его, как это могло случиться. Конечно, среди полезных растений нередко встречались сорняки, включая и плевелы; но огромное количество плевел на этом поле явно свидетельствовало о том, что посеву умышленно был нанесён вред. Землевладелец объяснил очевидное: «Враг человек сделал это».

Осознавая серьёзность злодеяния, рабы сказали хозяину: «Хочешь ли, мы пойдём, выберем их?» «Нет, — ответил он, — чтобы, выбирая плевелы, вы не выдергали вместе с ними пшеницу». Рабы были озабочены справедливо. Они боялись, что плевелы ослабят или, возможно, полностью уничтожат урожай пшеницы. Но опытный землевладелец знал, что, пытаясь вырвать сорняки, можно нанести больше вреда урожаю. Борьба с плевелами привела бы к тому, что вместе с ними было бы уничтожено много пшеницы, так как корни этих растений обычно переплетались. Даже если хорошие растения и сорняки можно было отличить друг от друга, вырывая плевелы, рабы вырвали бы и часть пшеницы. Кроме того, пшеница, которая была посажена или проросла позже, и созрела бы позже. И такую пшеницу, которая ещё не выбросила колос, ошибочно приняли бы за плевелы.

«Оставьте расти вместе то и другое до жатвы, — сказал земледелец. — И во время жатвы я скажу жнецам: „Соберите прежде плевелы и свяжите их в снопы, чтобы сжечь их“». Только во время жатвы можно безошибочно отличить хорошие растения от сорняков. Жнецы были более опытными, чем рабы, и способными удалить плевелы и сжечь их. После этого они приступили бы к жатве и убрали бы пшеницу в житницу землевладельца, где хранили бы её до употребления.

Две притчи о влиянии 

“Иную притчу предложил Он им, говоря: «Царство Небесное подобно зерну горчичному, которое человек взял и посеял на поле своём, которое, хотя меньше всех семян, но, когда вырастет, бывает больше всех злаков и становится деревом, так что прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его». Другую притчу сказал Он им: «Царство Небесное подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки, доколе не вскисло всё»” (Мф.13:31-33)

Прослушав притчи о сеятеле и о пшенице и плевелах, ученики, несомненно, думали: как же Царство Христа сможет выжить, если так много людей отвергли Его, но смогли остаться на земле и оказывать пагубное влияние?

Как Божий народ сможет выжить, не говоря уже о процветании, в таких неблагоприятных обстоятельствах? Разве огромная сила сатаны и его злых сил, как бесовских, так и человеческих, не сокрушит и не задушит этих немногих (ср. 7:13-14) Божьих святых на земле?

Задолго до того как Иисуса схватили, судили и распяли, было очевидно, что еврейские вожди отвергают Его притязания на мессианство. Было также очевидно, что множество людей, которые славили Его и ходили за Ним, не понимали Его истинной природы и миссии, и их тяга к Нему была поверхностной. Его истинные ученики были маленькой кучкой по сравнению с целым народом Израиля, не говоря уже об огромной нечестивой Римской империи и регионах за её пределами. В ответ на эту невысказанную озабоченность Иисус рассказал две притчи, чтобы подчеркнуть, что даже что-либо малое может иметь далеко идущие последствия.

При сочинении музыки в обычно используются двенадцать нот — семь основных нот и пять промежуточных диезов и бемолей.

Каждая симфония, гимн, песня о любви, оратория или другое музыкальное произведение состоит из различных комбинаций и октав одних и тех же двенадцати нот. Подобным образом, каждое стихотворение, эссе, роман, письмо или другое произведение литературы составлено из комбинаций одних и тех же тридцати трёх букв.

Однажды лорд Кельвин провёл эксперимент. В своей лаборатории он подвесил большой кусок металла и, сделав из бумаги шарики величиной с горошину, стал ритмично метать их в металлическую гирю. Поначалу удары бумажных шариков о гирю, казалось, не имели на неё никакого воздействия. Но, в конце концов, стальная гиря благодаря совокупной силе начала ритмично раскачиваться взад и вперёд.
Неизмеримо более драматичным и важным образом Бог демонстрирует через Церковь, как горстка верующих, которые сами по себе совершенно слабы и неспособны, при содействии Его силы изменяет мир. Царство Небесное будет расти и процветать вопреки сопротивлению сатаны и, в конечном счёте, распространится и окажет влияние на весь мир во имя Иисуса.

Притча о горчичном зерне

“Иную притчу предложил Он им, говоря: «Царство Небесное подобно зерну горчичному, которое человек взял и посеял на поле своём, которое, хотя меньше всех семян, но, когда вырастет, бывает больше всех злаков и становится деревом, так что прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его»” (Мф.13:31-32)

В этой притче Иисус снова использует образ из области земледелия. Он сравнивает Царство Небесное с горчичным зерном и с тем, как оно вырастает и становится полностью развившимся растением.

Горчица как растение издавна широко использовалась по всему миру, а в настоящее время нашла дополнительное коммерческое использование для производства плёнки. Поразительно, но недавно было обнаружено, что у коров, в чей корм добавляли горчичные семена, костная ткань была отличного качества, требуемого при приготовлении серебряных соединений для производства фотоплёнки.

То, что Иисус называет зерно горчичное меньшим всех семян, часто используется, чтобы доказать, будто Писание содержит ошибки — то есть что Иисус заблуждался и совершил ошибку или приспособил Своё учение к невежеству Своих слушателей и сознательно исказил истину. Но Иисус сравнивал это зерно не со всеми существующими семенами, а только с теми семенами злаков, которые растут в Палестине. Многие семена, такие как семена дикой орхидеи, меньше, чем семена горчичного растения. Но из тех растений, которые выращивали тогда в садах и на полях Палестины, горчичное растение имело самые маленькие семена, как и сказал Иисус.

Когда слово сперма (зерно) используется в Новом Завете по отношению к растениям, оно всегда обозначает сельскохозяйственные культуры, которые выращивали специально для еды. И из этих злаков семена горчичного растения были меньше всех семян.

Доктор Л. Г. Шиннерс, директор гербария при Южно-Методистском университете в Далласе и лектор Смитсоновского института, отметил в беседе:

Горчичное зерно действительно было самым маленьким из тех, которые знали люди во дни Христа. Основные полевые культуры (ячмень, пшеница, чечевица и бобы) имели гораздо большие семена, как и другие растения, например — сорняки и так далее. Существуют различные сорняки и дикие цветы, которые принадлежат к семейству горчичных, амарантовых, мокричников, у которых семена такие же маленькие или даже меньше горчичных; но люди вряд ли знали о них или обращали на них внимания, поскольку это дикие растения, и их не разводили, как сельскохозяйственные культуры… Единственная существующая сегодня культура, семена которой меньше горчичного зерна, — это табак, и эта культура американского происхождения начала выращиваться только в XVI веке или позже.

Эту притчу также критикуют за кажущееся преувеличение размера горчичного растения, которое в притче названо деревом, куда прилетают птицы небесные и укрываются в ветвях его. Многие разновидности горчичных растений представляют собой довольно маленькие кусты, чьи ветви слишком тонки для того, чтобы в них укрывались птицы. Но горчичное растение, которое растёт в Палестине, часто достигает трёх-четырёх метров в высоту. Как и сказал Иисус, это семя, когда вырастет, бывает больше всех злаков и, условно, становится деревом. В определённое время года ветви становятся достаточно жёсткими, чтобы легко выдержать птичье гнездо.

Но, хотя всеведущий Иисус и говорил буквально и точно в этой притче, Он не преследовал техническую или научную цель, а излагал притчу. Из-за своего маленького размера горчичное зерно использовалось в древности на Ближнем Востоке как прообраз чего-то очень маленького. В древнееврейской литературе есть упоминания о капле крови или о пятне на теле животного размером с горчичное зерно. Арабы до сих пор иногда говорят о вере, которая весит так мало, как горчичное зерно, как и говорил Иисус (Матф.
17:20).

Объяснил ли Иисус эту притчу ученикам, не сообщается, и в контексте Его учения о Царстве в этом не было необходимости. Значение притчи очевидно. Как уже упоминалось, идея о том, как маленькое горчичное зёрнышко вырастает в большое растение, была общеизвестна, и ученики сразу поняли бы суть сказанного Иисусом: Царство Небесное, хотя оно сейчас маленькое и незначительное, однажды вырастет в большую группу верующих людей. Это главный урок притчи.

Во время земного служения Иисуса Царство было практически незаметно, так как в этом Царстве было мало граждан и оно было духовным, невидимым. Оно не пришло «приметным образом, — объяснил Иисус однажды, — и не скажут: „Вот, оно здесь“, или: „Вот, там“. Ибо вот, Царство Божье внутри вас» (Лук. 17:20-21).

Когда Иисус родился, Его положили в ясли среди коров, овец, коз, ослов и других животных. Иудея, где Он родился, и Галилея, где Он вырос, находились на задворках Римской империи и не представляли из себя ничего важного. В самой Галилее Назарет был одним из наименее перспективных городов. Именно поэтому Нафанаил спросил Филиппа: «Из Назарета может ли быть что доброе?» (Иоан. 1:46). Ни один из двенадцати учеников не был представителем еврейской религиозной верхушки или экономической и общественной элиты. Их было мало, они были необразованы, боязливы, слабы, медленны на понимание и веру, и вообще непригодны для того, чтобы быть во главе любого значимого земного царства. Группа верующих, собравшихся для молитвы в Иерусалиме перед Днём Пятидесятницы, насчитывала 120 человек (Деян. 1:15). Современная церковь такого размера считается небольшой, однако это было ядро ранней Церкви. Когда Иисус вознёсся на небеса, Его Царство на земле было, образно говоря, гораздо меньше горчичного зерна.

Но Царство, которое началось с такого малого количества, однажды станет очень большим. Хотя ветхозаветные авторы не знали, что Мессия придёт на землю дважды и что будет промежуточное Царство, отделяющее эти два Пришествия, они знали, что в конце концов Господь «будет обладать от моря до моря и от реки до концов земли» (Пс. 71:8). Кочевники пустынь преклонятся перед Ним, цари Фарсиса и островов принесут Ему подарки, цари Аравии и Савы принесут Ему дары, все цари поклонятся Ему и все народы будут служить Ему (ст. 9-11). В конце «царство мира [сделается] царством Господа нашего и Христа Его, и будет царствовать во веки веков» (Откр. 11:15).

Другой урок из притчи о горчичном зерне состоит в том, что Царство Небесное будет благословением для всего мира. Дерево, вырастающее из маленького горчичного зерна, олицетворяет Царство Небесное, которое в настоящее время соответствует Церкви.

Некоторые толкователи считают, что птицы небесные олицетворяют бесов или другие злые силы, как в притче о сеятеле (Матф. 13:19). Но нет причин считать, что данный образ всегда олицетворяет то же самое, и идея о злых силах чужда контексту этой притчи.

Образ птиц, строящих гнёзда, обычно говорит о чём-то положительном и полезном. Строительство гнезда несёт в себе идею защиты, безопасности, убежища, которые птица-мать обеспечивает своим птенцам.

В своём сне Навуходоносор увидел «среди земли — дерево весьма высокое. Большое было это дерево и крепкое, и высота его достигала до неба, и оно видимо было до краёв всей земли. Листья его прекрасные, и плодов на нём множество, и пища на нём для всех; под ним находили тень полевые звери, и в ветвях его гнездились птицы небесные, и от него питалась всякая плоть» (Дан. 4:7-9).

В своём толковании этого видения Даниил объясняет: «Дерево, которое ты видел… — это ты, царь, возвеличившийся и укрепившийся, и величие твоё возросло и достигло до небес, и власть твоя — до краёв земли» (ст. 17, 19). При Навуходоносоре в Вавилонской империи получили невиданное развитие почти все области человеческой деятельности — земледелие, архитектура, образование, искусство, литература, экономика и многое другое. Несмотря на то, что всё это потребовало немало рабского труда и немало жизней, Вавилонская империя в то время принесла процветание большой части известного нам мира. В видении царя птицы и животные, укрывшиеся в тени дерева и питавшиеся от его плодов, — это другие народы мира.

В откровении Иезекиилю Господь описал Ассирию, как «кедр на Ливане, с красивыми ветвями и тенистой листвой, и высокий ростом; вершина его находилась среди толстых сучьев. Воды растили его, бездна поднимала его… Оттого высота его превысила все дерева полевые, и сучьев на нём было много, и ветви его умножались, и сучья его становились длинными от множества вод, когда он разрастался. На сучьях его вили гнёзда всякие птицы небесные, под ветвями его выводили детей всякие звери полевые, и под тенью его жили всякие многочисленные народы» (Иез. 31:3-6).

И Иисус, и ученики были знакомы с этими описаниями, и аналогия с притчей о горчичном зерне кажется очевидной. Царство Небесное вырастет из маленького ростка и превратится в большое дерево и впоследствии даст убежище, защиту и принесёт пользу всему миру.

Когда христиане живут в послушании Господу, они являются благословением для окружающих. Отдельные верующие становятся источником благословения для целых народов. И со всеми своими недостатками те народы мира, на которые было оказано влияние и которые признали Божье владычество и стремились строить свои законы и нормы жизни на Его Слове, — те народы стали благословением для мира в экономике, праве, культуре и социальной сфере, а также в сфере духовной и нравственной. Именно благодаря учению Писания и свидетельству христиан появились такие социальные блага как высокий уровень образования, защита справедливости, достоинства женщин и прав детей, тюремные реформы и многое другое. Когда Евангелие Царства Божьего верно проповедуется и воплощается в жизнь, от этого выигрывает весь мир.

То, чем является Церковь для мира, — это то, чем является верующий супруг или супруга для неверующих мужа или жены, только во вселенском масштабе. Как неверующий супруг освящается верующей супругой (1 Кор.7:14), так неверующий мир в какой-то мере освящается присутствием истинной Церкви.

Иисус подчёркивает, что, вопреки огромному сопротивлению, которое символизируют три невосприимчивых типа почв и плевелы, Его Царство начнётся с малого и распространит свою силу и влияние до победного конца.

Притча о закваске 

“Другую притчу сказал Он им: «Царство Небесное подобно закваске, которую женщина, взяв, положила в три меры муки, доколе не вскисло всё»” (Мф.13:33)

Как всегда, Иисус строит притчу, основываясь на житейском опыте Своих слушателей. В каждом доме перед выпечкой женщина, отвечавшая за выпечку хлеба, оставляла кусок кислого теста в качестве закваски, или дрожжей, для следующего замеса.

Три меры муки — это приблизительно один бушель, или 35 литров. Такое большое количество хлеба, выпекаемого за один раз, не было редкостью в то время, потому что хлеб был главным продуктом питания. Это было приблизительно такое же количество хлеба, которое Авраам попросил Сарру испечь для Господа и двух ангелов (Быт. 18:6), а Гедеон приготовил для Ангела Господнего в Офре (Суд. 6:19).

Первая мысль в этой притче заключается в том, что малое может оказывать огромное влияние, как кусочек кислого теста заставляет всходить большую массу пресного теста. Сила Царства Небесного огромна, гораздо больше, чем можно предположить на основании его первоначального размера и вида. Самая малая часть Царства, находящаяся в мире, несомненно, окажет влияние, потому что она содержит в себе силу Божьего Духа. Влияние Царства — это влияние Царя, Его Слова и Его верных людей.

Вторая мысль в этой притче заключается в том, что это влияние положительно. Хлеб, выпеченный из дрожжевого теста, всегда считался вкуснее, чем хлеб из пресного теста. Чтобы символически изобразить избавление Своего народа от прежней рабской жизни в Египте, Бог заповедал ему во время праздника опресноков, который начинался на Пасху вечером, есть только пресный хлеб. Им даже не разрешалось иметь никакой закваски в доме на протяжении семи дней этого праздника (Исх. 12:15, 18-19). Но хлеб, который они ели остальное время года, делался из дрожжевого теста и был вполне приемлем для Господа. Ни евреи, ни язычники в дни Иисуса не имели причин считать, что закваска подразумевает зло или разложение.

Древние раввины часто говорили о закваске с симпатией. Один из них писал: «Прекрасен мир; этот мир для земли — что закваска для теста». Когда еврейская девушка выходила замуж, мать давала ей кусочек кислого теста из замеса, сделанного для выпечки непосредственно перед свадьбой. Из этой подаренной закваски невесте предстояло печь хлеб для своей семьи на протяжении всей замужней жизни. Этот подарок, будучи таким простым, был самым дорогим из тех, что получала невеста, потому что он символизировал любовь и счастье того дома, в котором она выросла; и эту любовь и счастье она переносила в дом, который должна была устроить.

Уильям Арнот проникновенно пишет:

“Этот учитель смело, как присуще повелителю, берёт высказывание, которое обычно использовалось как образ успешной хитрости противника, и чеканит на металле изображение и надпись законного Царя. Зло распространяется, как закваска; вы трепещете перед его скрытым наступлением и безжалостной хваткой: но ободритесь, ученики Иисуса, Тот, Кто за вас, больше всех тех, кто против вас; слово жизни, сокрытое в сердцах верующих, также является закваской. Помазание Святого Бога более нежно, оно проникает глубже и покоряет больше, чем грех и сатана. Где изобиловал грех, там намного больше будет преизобиловать благодать.

Так как закваска вызывает брожение, некоторые толкователи утверждают, что в Священном Писании это понятие, используемое в переносном смысле, всегда означает что-то греховное и порочное. Но такой ограниченный взгляд произволен и, конечно же, не подходит для толкования данного текста. Иисус конкретно говорит, что Царство Небесное, оказывая самое положительное влияние, какое только можно представить, подобно закваске. Воспринимать эту закваску, как олицетворение зла, которое пронизывает Царство, — значит искажать ясное значение и построение слов. Такое толкование также не согласуется с последовательным изложением Иисусом этой группы притч, в которой данная притча перекликается с притчей о горчичном зерне. Обе притчи изображают силу Царства, способную преодолеть сопротивление и противодействие, описанное в притчах о сеятеле и о пшенице и плевелах.

Даже когда образ закваски использовался для олицетворения чего-то греховного, как в случае, когда Иисус предупреждал о «[закваске] фарисейской, которая есть лицемерие» (Лук. 12:1), суть заключалась не в том, что закваска и лицемерие по сути своей злы, а в том, что и то, и другое, в сущности, всеохватно и могущественно в своём влиянии. Павел использует образ закваски в Послании к Галатам таким же образом — не для того, чтобы показать порочность законничества (которая велика), а чтобы указать на его огромное влияние: «Малая закваска заквашивает всё тесто» (5:9).

Когда Павел обвиняет коринфян в надменном равнодушии по отношению к ужасной безнравственности некоторых членов церкви, он использует такую же известную поговорку, какую он использовал в Послании к Галатам и какую имел в виду Иисус в Своей притче: «Разве не знаете, что малая закваска квасит всё тесто?» (1 Кор. 5:6). Апостол, как видно из контекста, излагает это как требование, чтобы верующие удалили безнравственных членов церкви из своей среды, чтобы порочное поведение последних не разлагало всю церковь (ст. 2-5). Здесь опять образ закваски используется по отношению к чему-то греховному, но акцент в этой аналогии направлен не на сам грех, а на его способность распространяться.

Продолжая предостерегать коринфян, Павел использует закваску как образ, олицетворяющий прекращение общения. При исходе из Египта евреям было дано повеление не брать никакой закваски от хлеба, поскольку они готовились покинуть страну своего пленения и угнетения и отправиться в Землю Обетованную. Таким же образом Бог повелел христианам «[очистить] старую закваску… порока и лукавства», которая характеризовала их жизнь до уверования, и не брать ничего из неё в свою новую жизнь во Христе (1 Кор. 5:7-8а). А хлеб их новой жизни во Христе назван «опресноками чистоты и истины» (ст. 8б).

Однако ни в какой аналогии нельзя заходить слишком далеко. В данном случае Павел использует образ закваски, чтобы пояснить разрыв, который должен быть очевидным между неспасённой и спасённой жизнью. Связь закваски с грехом старой жизни и отсутствие такой связи с праведностью новой жизни второстепенны. Акцент ставится именно на разрыве, точно так как в притче — на распространении и влиянии.

Если проследить историю исхода, то становится ясно, что через семь дней Израилю вновь было позволено выпекать квасной хлеб — однако не из египетской закваски. И хлебы, принесённые Господу в праздник Пятидесятницы, должны были быть «испечены кислые» (Лев. 23:17), что Господь вряд ли бы потребовал, если бы закваска по сути своей была олицетворением греха. Иначе этот праздник был бы постоянным напоминанием о Божьей терпимости к злу, а не о Его святости и доброте (ст. 21).

Слово «закваска» может означать и доброе, и порочное, и нравственно и духовно нейтральное, в зависимости от цели использования. Но для аналогии берётся самое главное свойство закваски — способность проникать, распространяться.

Третий урок этой притчи состоит в том, что положительное влияние Царства исходит изнутри. Чтобы был какой-то эффект, закваску необходимо положить. Слово «положить» здесь означает «глубоко проникнуть, полностью пропитать этот мир», как закваска проникает и заквашивает всё тесто.

Христиане не должны быть от мира, но они должны быть в мире, потому что это единственный путь, как Евангелие может повлиять на мир (Иоан.17:14-16). Христос посылает Свой народ в мир так же, как Отец послал Его в мир (ст. 18). Высшая цель Церкви состоит в том, чтобы «[идти] по всему миру и [проповедовать] Евангелие всему творению» (Марк. 16:15).

Когда в жизни верующих отражается Царство Небесное, его влияние в мире глубоко и положительно. То, что Христос живёт в верующих, является духовной и нравственной закваской в мире. Христианину не обязательно быть государственным руководителем, известным эстрадным артистом или выдающимся спортсменом, чтобы оказывать для Господа влияние на мир.

Сила Божьего Царства внутри верующего делает его свидетельство эффективным, и именно к такому влиянию на окружающий мир должен стремиться христианин.

То, что ученики сразу же поняли значение этих двух притч, видно по тому, что они не просили Иисуса объяснить их значение. Вместо этого, они попросили Его объяснить притчу о пшенице и плевелах (Матф. 13:36). Назначение притч о горчичном зерне и о закваске явно было в том, чтобы ободрить учеников и всех верующих последующих поколений.

Каждую неделю по всему миру образуются сотни новых церквей. В Китае — который закрыт для миссионерской работы, открытого благовестия и свободного поклонения, — насчитывается приблизительно пятьдесят миллионов или даже больше христиан! Большинство народов мира имеют Писание в печатном виде на своём родном языке, и каждый год к этому списку добавляются переводы на новые языки. Через радио и литературу Евангелие достигает многие миллионы людей, которые не могли услышать его лично через проповедь или обучение.

Но часто кажется, что благовестие и другие виды служения и свидетельства Церкви не приводят к быстрому и видимому результату. Даже при таком быстром росте и влиянии Церкви в мире сегодня с человеческой точки зрения кажется, что мир с большим разрывом одерживает победу в борьбе за человеческие души. По мере того как численно растёт Церковь, увеличивается и население мира; и в таком сравнении Божий народ всё ещё является остатком. В то время когда в одних странах церковь приобретает новообращённых каждый день, в других — она теряет и влияние, и людей.

Насколько же больше причин для расстройства и растерянности по поводу будущего Христова Царства на земле было у учеников? Мессия с каждым днём сталкивался с всё большим и большим сопротивлением, а угрозы в Его адрес становились всё многочисленнее и откровеннее. Двенадцать учеников знали, что сами они совершенно не готовы завоевать мир для Господа. Если Самого Сына Божьего отвергли и предали смерти, то что могла совершить горстка слабых, малозначащих Его последователей после того, как Он покинет их?

Но Иисус в этих двух притчах, как и во многих других наставлениях, хотел заверить Апостолов, раннюю Церковь и каждого верующего в любом веке, что, несмотря ни на что, Его Царство не только не погибнет, но будет расти и процветать. Христианство победит, зло будет уничтожено, и Иисус воцарится. Сам Христос созидает Свою Церковь, и даже «врата ада [сама смерть] не одолеют её» (Матф. 16:18).

Толкование притчи о пшенице и плевелах 

“Всё это Иисус говорил народу притчами, и без притчи не говорил им, да сбудется речённое через пророка, который говорит: «Открою в притчах уста Мои; изреку сокровенное от создания мира». Тогда Иисус, отпустив народ, вошёл в дом. И, приступив к Нему, ученики Его сказали: «Объясни нам притчу о плевелах на поле». Он же сказал им в ответ: «Сеющий доброе семя есть Сын Человеческий; поле есть мир; доброе семя — это сыны Царства, а плевелы — сыны лукавого; враг, посеявший их, есть диавол; жатва есть кончина века, а жнецы — это ангелы. Поэтому, как собирают плевелы и огнём сжигают, так будет при кончине века сего: пошлёт Сын Человеческий ангелов Своих, и соберут из Царства Его все соблазны и делающих беззаконие, и ввергнут их в печь огненную; там будет плач и скрежет зубов. Тогда праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их. Кто имеет уши слышать, да слышит!»” (Мф.13:34-43)

Прежде чем дать толкование притчи о пшенице и плевелах, Матфей объясняет, что обращение Иисуса к народу притчами не было каким-то раздумьем, но было предсказано в Божьем Слове за сотни лет. «Народу Иисус без притчи не говорил, — говорит Матфей, — да сбудется речённое через пророка».

77-й Псалом, из которого цитирует здесь Матфей: «Открою в притчах уста Мои; изреку сокровенное от создания мира», был написан Асафом, пророком и прозорливцем (2 Пар. 29:30). Непринятие мессианства Господа не стало для Бога неожиданностью, и отсрочка Царства не была запасным планом. Сокровенное от создания мира относилось к «тайнам Царства Небесного», которые Иисус объяснял Своим ученикам, а не множеству неверующего народа и религиозным вождям (Матф. 13:11-16). Тем, кто отверг Его, Иисус говорил «потому… притчами, что они видя не [видели], и слыша не [слышали], и не [разумели]» (ст. 13). Бог не вносил изменений в Свой план искупления. Всё шло точно по расписанию и согласно предсказаниям в Его Слове.

Рассказав притчи о горчичном зерне и о закваске, Иисус, отпустив народ, вошёл обратно в дом, где Он остановился (см. 13:1). Как только Иисус и ученики вошли внутрь, ученики Его, приступив к Нему, сказали: «Объясни нам притчу о плевелах на поле».

Хотя ученики полностью и не поняли эту притчу, то, что они назвали её притчей о плевелах, показывает, что они понимали: главное ударение делается на плевелы, а не на пшеницу. Притча явно была о суде, и плевелы явно олицетворяли неверующих. Вопрос учеников, возможно, напоминал отношение рабов в этой притче: «Хочешь ли, мы пойдём, выберем их?» (ст. 28).

Иаков и Иоанн продемонстрировали своё отношение к неверующим, когда попросили Иисуса: «Господи! Хочешь ли, мы скажем, чтобы огонь сошёл с неба и истребил их, как и Илия сделал?» (Лук. 9:54).

Ученики, несомненно, задавались вопросом, почему этим опасным плевелам позволено находиться рядом с хорошей пшеницей. Если бы хозяин земли поступил так, как предлагали рабы, и если бы все плевелы были удалены и уничтожены, ученики поняли бы это без труда. Но они были сбиты с толку реакцией хозяина земли, потому что всё ещё не могли понять величия Божьей благодати и Божьего плана спасения для промежуточного и тысячелетнего периодов Царства до того, как Христос будет судить мир.

«Сеющий доброе семя есть Сын Человеческий, — начал Иисус, — а поле есть мир». Ученики знали, что Сыном Человеческим Иисус называл Себя. Так как этот титул указывал на смирение и на человеческую природу Иисуса в воплощении, Иисус использовал его по отношению к Себе чаще всего. Этот титул прекрасно характеризовал Его, так как Иисус в полной мере участвовал в человеческой жизни как совершенный Человек, второй Адам и безгрешный представитель человечества. Этот титул также был очень понятен евреям как относящийся к Мессии (Лук. 22:69; ср. Дан. 7:13). Другие называли Иисуса этим именем только два раза в Новом Завете — один раз Павел (Деян. 7:56) и один раз Иоанн (Откр. 14:14).

Сеющий — это Иисус Христос, Сын Человеческий, и Он сеет на Своём собственном поле, которое есть мир. Трудно понять, почему так много толкователей утверждают, что поле в этой притче олицетворяет Церковь и что суть этой притчи Иисуса заключается в том, что истинные и ложные верующие, представленные пшеницей и плевелами, будут находиться вместе в Церкви на протяжении современной эпохи. Господь очень ясно заявил, что есть поле. Это мир, а не Церковь. Это картина Церкви в мире, а не мира в Церкви.

Хотя сатана и является временным правителем этого мира, мир всё же принадлежит Богу, Который сотворил его и Который однажды спасёт и восстановит его. Божье «творение освобождено будет от рабства тлению в свободу славы детей Божьих. Ибо знаем, что всё творение совокупно стенает и мучится доныне» (Рим. 8:21-22).

В притче о сеятеле Иисус говорит о добром семени, как о «слове о Царстве» (13:19); а здесь оно олицетворяет сынов Царства, которых Господь рассеял по миру. Господь насаждает Свой народ в мире как Своих свидетелей, чтобы они росли и приносили плод праведности. Сыны Царства верны своему Царю и отражают Его волю и нормы порочному, развращённому, неверующему миру. Христиане не оставлены в мире случайно, но туда их поместил Господь, давший им божественное поручение.

Плевелы, наоборот, — это сыны лукавого, который есть сатана. Все люди — либо духовные дети Бога и сыны Царства через веру в Его Сына, либо, в силу их греховной природы и неверия, — духовные сыны лукавого (Иоан.8:44; 1 Иоан. 3:10; 5:19; Ефес. 2:2-3).

Иисус не подчёркивает этого в притче, потому что это не соответствовало бы аналогии, но все добрые семена однажды были плевелами; все сыны Царства однажды были сынами лукавого. Если выйти за рамки этой притчи, однако использовать те же образы, то можно сказать, что главная цель «добрых семян» в мире — приобретать людей из числа «плевел», чтобы они могли также стать сынами Царства.
Враг, посеявший плевелы, есть диавол, лукавый. Как явствует из языка самой притчи (см. ст. 25), слово «посеявший» несёт в себе идею тщательности выполнения действия. На протяжении истории плевелы численно превосходили пшеницу в огромном соотношении; а некоторые части мира, похоже, полностью засеяны семенами врага.

Жатва символизирует Божий суд в кончине века, когда жнецы, которыми являются ангелы, совершат суд над неверующими, точно так же, как жнецы в притче отделяют плевелы, а затем собирают плевелы и сжигают огнём.

«Так будет при кончине века сего», — объясняет Иисус. Нет сомнений в том, что ученики, как и рабы домовладыки (ст. 28), были готовы немедленно срезать неверующие плевелы серпом. Это проявилось в позиции Иакова и Иоанна по отношению к неверующим самарянам, когда они сказали: «Господи! Хочешь ли, мы скажем, чтобы огонь сошёл с неба и истребил их?» (Лук. 9:54).

В притче сказано, что, «когда взошла зелень и показался плод, тогда явились и плевелы» (ст. 26). Иисус не развивает эту мысль подробно, но в свете толкования Им других притч этот аспект, похоже, учит, что большинство истинных верующих можно узнать по их духовным и практическим плодам (зерну), а неверующих — по их отсутствию.

Единственная, указанная в притче причина, почему рабы не должны были вырывать плевелы, заключалась в том, что, делая это, они могли вырвать «вместе с ними пшеницу» (ст. 29). Как уже отмечалось выше при обсуждении этого стиха, при этом мог быть нанесён урон хорошим посевам — либо потому, что некоторые растения развиваются с опозданием и, не имея колоса, могут быть ошибочно приняты за плевелы, либо потому, что корни настолько переплетены, что вместе с плевелами можно вырвать и хорошие растения.

Вдобавок к тому, что эпоха Церкви — это время проповеди Евангелия, а не время суда, христианам также следует знать, что они не могут безошибочно определить, кто истинный верующий, а кто — нет. Всякий раз, когда Церковь брала на себя такие полномочия, это приводило к кровопролитию.

Когда римский император четвёртого века Константин потребовал от каждого человека исповедать веру в Христа под страхом смертной казни, он преуспел в том, что убил многих истинных верующих, которые отказались подчиниться этому христианству сомнительного качества. Во время крестовых походов в Средние века против нехристиан, особенно против мусульман и евреев, именем Князя Мира совершались невиданные зверства. В период инквизиции, в ответ на протестантскую Реформацию, тысячи христиан, которые не подчинились догмату и власти римского католицизма, были брошены в тюрьмы, подверглись пыткам и были казнены.

Нынешний период истории — это не время Божьего суда и, конечно же, не время Церковного суда и наказания. Когда Господь был на земле, Он даже пальцем не тронул Своих врагов. Иуде, который предал Его на смерть, Иисус на Тайной вечере, обмакнув хлеб, подал первый кусок как жест любви и как последний призыв уверовать в Него (Иоан. 13:26). Он просил Отца простить тех, кто ложно обвинил Его и послал на крест (Лук. 23:34). Поэтому как Его последователи могут оправдывать присвоение роли судьи, мстителя и палача? В настоящее время верующие являются орудием не суда и разрушения, а истины и благодати. Наше сердце должно не осуждать неверующих, а сострадать им.

Проповедь и учение Церкви направлены против греха и неправедности, но, делая это, Церковь должна не судить, а приобретать души, не наказывать, а обращать сынов греха в сынов Царства.

В любом случае, Господь ясно говорит о том, что отделение пшеницы от плевелов, сынов Царства от сынов лукавого будет только при кончине века.

А пока они живут бок о бок: дышат тем же воздухом, радуются тому же солнцу и тем же дождям, едят ту же пищу, учатся в одних и тех же учебных заведениях, работают на тех же предприятиях и в тех же учреждениях, живут по соседству, а иногда даже ходят в одни и те же церкви.

Ангелы, которых пошлёт Сын Человеческий, соберут из Царства Его все соблазны и делающих беззаконие, и ввергнут их в печь огненную. Вся земля рассматривается здесь как Царство Господа, и Он действительно является законным монархом. Ангелы соберут из Его мира все соблазны — сынов диавола, которые действуют против Бога и стремятся увлечь многих в ад, и делающих беззаконие, которые не повинуются Божьему Слову.

Когда Иисус вернётся, Он «придёт… во славе Отца Своего с ангелами Своими и тогда воздаст каждому по делам его» (Матф. 16:27). Ангелы совершат «отмщение не познавшим Бога и не покоряющимся благовествованию Господа нашего Иисуса Христа, которые подвергнутся наказанию, вечной погибели, от лица Господа и от славы могущества Его» (2 Фес. 1:8-9).

Огонь причиняет самую острую боль, известную человеку, и печь огненная, в которую будут ввергнуты грешники, олицетворяет мучения в аду, который является участью каждого неверующего. Этот адский огонь не угасает (Марк. 9:44), он вечен (Матф. 25:41), и описывается он как «озеро огненное, горящее серой» (Откр. 19:20). Это наказание настолько страшное, что там будет плач и скрежет зубов.

Ад не будет тем местом, где, как некоторые в шутку представляют себе, нечестивые будут продолжать заниматься своими делами, в то время как благочестивые на небесах будут заниматься своими. В аду не будет дружбы, общения, товарищества, не будет утешения. Там даже не будет развратных удовольствий, которым нечестивые любят предаваться на земле. В аду не будет никаких удовольствий — только мучение «день и ночь во веки веков» (Откр. 20:10).

Последние слова объяснения Иисуса положительны, прекрасны и даруют надежду: «Тогда праведники воссияют, как солнце, в Царстве Отца их».

Когда Сын Человеческий вернётся со Своими ангелами, они не только безошибочно отделят грешных для вечного наказания, но и праведных для вечного благословения. Господь «пошлёт ангелов Своих с трубой громогласной, и соберут избранных Его от четырёх ветров, от края небес до края их» (Матф. 24:31). Тогда наступит долгожданное и так долго откладываемое Царство праведности, где не будет злых людей, злых дел и даже злых мыслей. Это и есть завершённое, вечное Царство нашего небесного Отца, где со всеми праведниками всех времён мы воссияем, как солнце. Там мы будем «сиять, как светила на тверди, и обратившие многих к правде — как звёзды, вовеки, навсегда» (Дан. 12:3).

И чтобы все серьёзно отнеслись к этим истинам, одновременно и пугающим, и прекрасным, Иисус добавил: «Кто имеет уши слышать, да слышит!» Каждый человек, сомневающийся в том, имеет ли он правильные взаимоотношения с Богом, должен спросить себя, кто он: пшеница или плевел, который только выглядит, как пшеница; дитя Божье или дитя лукавого.

Если человек не принадлежит Богу, он может прийти к Нему, потому что Бог превращает плевелы в пшеницу и грешников — в святых.

Те, кто уверен, что являются сынами Царства, должны слышать, что говорит здесь Иисус — чтобы они относились к миру с любовью, милосердием, состраданием, как делал их Господь, Который призвал их свидетельствовать миру, а не осуждать его; любить мир, а не испытывать к нему ненависть; проявлять милосердие, а не вершить наказание. Только так мы сможем «быть безупречными и чистыми детьми Божьими, непорочными среди строптивого и развращённого рода, в котором [мы сияем], как светила в мире» (Фил. 2:15).

Вся слава Христу

Об авторе:

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому, к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах для нас, силою Божиею через веру соблюдаемых ко спасению, готовому открыться в последнее время. (1Пет.1:3-5)
  Похожие статьи

Добавить комментарий