К чему побуждает воскресение

 

“Иначе, что делают крестящиеся для мертвых? Если мертвые совсем не воскресают, то для чего и крестятся для мертвых? Для чего и мы ежечасно подвергаемся бедствиям? Я каждый день умираю: свидетельствуюсь в том похвалою вашею, братия, которую я имею во Христе Иисусе, Господе нашем. По рассуждению человеческому, когда я боролся со зверями в Ефесе, какая мне польза, если мертвые не воскресают? Станем есть и пить, ибо завтра умрем! Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы. Отрезвитесь, как должно, и не грешите; ибо к стыду вашему скажу, некоторые из вас не знают Бога” (1Кор.15:29-34)

 

Когда саддукеи, которые не верили в воскресение, насмешливо и неискренне спросили Иисуса о том, чьей женой такая-то женщина будет при воскресении, Он прежде всего сказал им, что они не понимают ни Писания, ни силы Бога. Заявив, что в небесах не будет брака. Он продолжал; “А о воскресении мертвых не читали ли вы реченные вам Богом: “Я Бог Авраама, и Бог Исаака, и Бог Иакова”? Бог не есть Бог мертвых, но живых” (Матф. 22:23-32; Исх. 3:6). Он подчеркивал в Своем утверждении время глагола (Я есмь). Авраам, Исаак и Иаков были духовно живы в то время, когда говорил Иисус, и однажды они воссоединятся со своими прославленными телами, когда они воскреснут. По сути дела, Он говорил: “В настоящее время, прямо сейчас, Я – Бог Авраама, Исаака и Иакова”. Это так и было, потому что жизнь после смерти существует.

Писание – это не нечто чисто теоретическое, непрактическое или не имеющее прямого отношения к нашей жизни Теория большого взрыва четвертый сезон. Поскольку саддукеи отвергали воскресение, они не могли ни думать, ни жить правильно, как это становится очевидно из их реакции на жизнь и работу Христа. Правильное учение неразрывно связано с правильным моральным поведением; правильные принципы даны для того, чтобы вести к правильному поведению. Божьей правде нужно не только верить; нужно еще и отзываться на нее правильно. Нам следует осуществлять в своей жизни те слова, которые мы любим петь: “Доверяй и будь послушным, здесь нет иной возможности быть счастливым в Иисусе, кроме этой: доверять и быть послушным”. Библейская правда – это не то, что Бог дал только теологам для обсуждения, чтоб им было что вписать в свои символы веры. Он дал эту правду для того, чтобы по ней жить. Когда Его истину отвергают, это приводит к губительным последствиям в области духовной и моральной.

Первые одиннадцать глав послания к Римлянам – это почти чистая доктрина, чистая теология. Глава 12 начинается со слов: “Итак умоляю вас, братия, милосердием Божием, представьте тела ваши в жертву живую, святую, благоугодную Богу, для разумного служения вашего” (стих 1). Начиная с этого места в послании, учение апостола становится в первую очередь практическим. Это – серия увещеваний, основывающихся на только что объясненных истинах. Слово “итак” означает “поэтому”. “Из-за того, что я только что сказал, вот это – тот путь, которым вам следует идти к жизни”. Павел перекликается с псалмистом, который писал: “Что воздам Господу за все благодеяния Его ко мне?” (116:12). В посланиях Павла, как и в Писании в целом, Божья искупительная работа является тем основанием, на котором, как на фундаменте, строятся представления о поведении и морали верующего. То, что Бог сделал для нас, это – наибольший из всех возможных мотивов, побуждающих нас делать то, чего Он от нас хочет. Отрицать воскресение – это, в конце концов, означает отрицать потребность в праведном поведении.

Главная мысль, которую Павел стремится высказать в этом отрывке (15:29-34), такова: если вы устраните воскресение, если вы станете отрицать эту чудесную и решающе важную истину об искупительной работе Боге, вы тем самым устраните одно из самых важных побуждений, заставляющих приходить ко Христу и жить для Христа. Поэтому Павел указывает на три побуждения, которые дает нам воскресение: (1) оно побуждает нас прийти ко спасению; (2) оно побуждает нас служить Богу, и (3) оно побуждает нас освятиться. Первое из этих побуждений – для неверующих, а два остальные – для верующих.

Побуждение прийти ко спасению

“Иначе, что делают крестящиеся для мертвых? Если мертвые совсем не воскресают, то для чего и крестятся для мертвых?” (15:29)

Этот стих – один из самых трудных во всем Писании; его можно с полным основанием толковать по-разному; однако, он был использован для того, чтобы оправдать многие странные и еретические представления. Тщательный и честный интерпретатор должен принять во внимание несколько дюжин предложенных толкований, и все же не быть догматиком в отношении того, что этот стих означает. Но ясное учение, содержащееся в других частях Писания, дает нам все основания быть для этого догматиками в отношении того, что этот стих на самом деле означает, мы можем только гадать, поскольку история хранит об этом молчание.

Например, мы можем быть совершенно уверенными в том, что этот стих не содержит в себе учение о заместительном или совершенном по доверенности крещении за мертвых, как это утверждали гностические еретики в древности, такие, как Марцион, и как утверждает церковь мормонов сегодня. Павел не учил тому, что человек, который умер, может быть спасен, или что ему можно каким-либо образом помочь тем, что другой человек крестится за него. Представление о крестительном возрождении, о том, что человек спасается тем, что он крестится, или что крещение в каком-то смысле необходимо для спасения, не является библейским. А представление о заместительном возрождении через крещение еще дальше от библейской правды. Если человек не может спасти самого себя тем, что он крестится, он уж конечно не может спасти тем самым никого другого. Спасение приходит только через личную веру в Иисуса Христа. “Ибо благодатью вы спасены через веру, и сие не от вас, Божий дар” (Еф. 2:8; ср. Рим. 3:28, и т.д.). Это – то учение, которое постоянно и последовательно повторяется и в Ветхом, и в Новом Заветах. Цитируя из Бытия 15:6, Павел говорит: “Ибо что говорит Писание? “Поверил Авраам Богу, и это вменилось ему в праведность” (Рим. 4:3). Единственный путь, по которому кто бы то ни было когда-либо приходил к Богу, это путь личной веры.

Если вера одного человека не может спасти другого, то уж конечно крещение одного человека не может спасти другого. Крещение – это просто акт послушной веры, который утверждает отождествление верующего со Христом (Рим. 6:3-4). Никто не спасается крещением – даже и живые люди, так где же спастись мертвым! “И как человекам положено однажды умереть, а потом суд” (Евр. 9:27). Со смертью кончается любой шанс на спасение и на духовную помощь какого бы то ни было рода.

В Новом Завете крещение тесно связано со спасением, внешним свидетельством которого оно является. Хотя человек не обязан креститься для того, чтобы быть христианином, он должен креститься для того, чтобы быть послушным христианином, – за очевидным исключением тех верующих, которые не имеют возможности получить крещение до смерти. Крещение – это неотъемлемая часть великой миссии Христа (Матф. 28:19). В ранней церкви считалось, что тот человек, который был спасен, был крещен, и человека не крестили до тех пор, пока церковь убеждалась в том, что он спасен. Поэтому вопрос, крещен ли человек, был равносилен вопросу, спасен ли он.

Если мы предположим, что Павел использовал термин крестящиеся в этом смысле, тогда слово крестящиеся может относиться к тем, кто давали удостоверение, что они были христианами. Другими словами, говоря о крестящихся он просто имел в виду верующих, а не некий особый акт крещения. Слово мертвые также могло относиться к христианам, к покойным верующим, жизнь которых была убедительным свидетельством, приводящим ко спасению крестящихся. Этот взгляд кажется вполне резонным, ведь он не противоречит ни тексту, ни контексту.

Греческое слово хупер, переведенное в стихе 29 как для, имеет более десятка значений или оттенков значений, в том числе “для”, “под”, “о”, “за”, “ради”, “вместо”, “из-за” и “ссылаясь на” – в зависимости от грамматической структуры предложения и контекста, Хотя для – это в данном случае совершенно законный перевод, “из-за” могло бы быть также правильным переводом, если мы учтем контекст и ясное учение Павла, содержащееся в других местах его посланий.

В свете этого учения и толкования мы можем догадываться, что Павел, может быть, просто имел в виду, что люди спасались (знаком чего было крещение) из-за образцовой жизни и убедительного свидетельства тех преданных верующих, которые умерли. Мы не можем быть уверенными в том, что это толкование правильно, но мы можем быть уверены, что люди часто приходят к спасению благодаря свидетельству тех, кому они желают подражать.

Несколько лет назад одному человеку, члену нашей церкви, доктора сказали, что жить ему остается недолго. Он не огорчился и не ожесточился из-за этого, но обрадовался от перспективы, что он скоро окажется вместе со своим Спасителем. Благодаря этой доверчивой вере и радости перед лицом смерти один человек, которого я знаю, пришел к спасительному знанию о Христе. И, может быть, он был не единственным.

Во время финско-русской войны семь пленных русских солдат были осуждены на казнь финской армией. Вечером перед тем, как их должны были расстрелять, один из солдат начал петь “Спасен в объятиях Иисуса”, Когда его спросили, почему он запел эту песню, он ответил со слезами, что он слышал, как ее пела группа солдат Армии Спасения всего три недели назад. Когда он был ребенком, он часто слышал, как его мать говорила ему и пела об Иисусе, но он не принимал ее Спасителя. Но в ночь перед тем, когда он, лежа, размышлял о том, как его казнят, он имел видение: перед ним возникло лицо его матери, и она напомнила ему тот гимн, который он недавно слышал. Ему пришли в голову слова песни и стихи из Библии, которые он слышал давным-давно. Он засвидетельствовал перед теми, кто был заключен вместе с ним, и перед стражей, что он молился о том, чтобы Христос простил его грехи, очистил его душу и подготовил его к тому, чтобы встать перед Богом. Все присутствующие, как заключенные, так и конвой, были глубоко тронуты, и большинство из них провело ночь в молитвах, в слезах и разговорах на духовные темы и в пении гимнов. Утром, прямо перед расстрелом, все семеро попросили разрешения спеть еще раз “Спасен в объятиях Иисуса”, что им было разрешено.

По меньшей мере еще один из русских солдат признал и принял Христа той ночью. И, в заключение, тот финский офицер, который командовал расстрелом, сказал: “Что происходило в сердцах других, я не знаю, но… с этого часа я стал новым человеком. Я встретил Христа в одном из Его прелестнейших и самых юных учеников, и я увидел достаточно для того, чтобы осознать, – и я тоже мог бы стать Его учеником”.

Возможно, что первые семена веры запали в сердце самого Павла из-за свидетельства Стефана, очевидцем смерти которого молодой Павел (тогда Савл) был и чье любящее, полное доверия свидетельство ему тогда пришлось слышать (Деян. 7:59-8:1).

В 1 Кор. 15:29 Павел, может быть с радостью и с надеждой, является могучим свидетельством веры. Перспектива вечной жизни, жизни в воскресении, воссоединении с любимыми – это для людей огромный стимул, побуждающий их слушать Евангелие и принимать его. Воскресение – это одно из самых главных заверений, которые Бог дает тем, кто доверяется Ему. Для тех, кто верит в Иисуса Христа, могила -это не конец. Со смертью наши души не поглощаются неким космическим божественным духом. Когда мы умираем, мы тут же водворяемся у Господа – как индивидуальное, личное существо. И это еще не все, – но однажды наши прославленные тела соединятся с нашими душами, и мы будем всю вечность жить как целостные, совершенные человеческие существа вместе со всеми теми, кто любил Бога и почитал Его.

Мертвые верующие еще в одном смысле могут служить средством спасения – благодаря надежде воссоединения. Многие люди были привлечены к Спасителю именно сильным желанием вновь соединиться с любимым, который ушел к Господу. Я ни разу не упустил случая во время траурных служений сделать такой призыв к родственникам и близким усопших. Я видел одного вдовца, который не пришел бы к Господу, если бы его жена не умерла. Поскольку мысль о том, что он не увидит ее снова, была для него невыносима, он решился отдать свою собственную жизнь и вечность в руки Того, Кто, как он знал, был ее Господом. Я видел детей, которые пришли ко Христу после смерти своей матери, привлеченные отчасти желанием соединиться с ней когда-нибудь. То, чего не могли добиться ее просьбы и молитвы, осуществила ее смерть.

Конечно, и для тех, кто уже верят, воскресение сохраняет великую надежду на воссоединение. После смерти сына младенца Давида поддерживала надежда на то, что, хотя дитя “не возвратится ко мне”, как он говорил: “я пойду к нему” (2 Цар. 12:23). Давид знал, что однажды он и его сын воссоединятся.

Приведенные в смущение, возможно, какими-нибудь сомнениями, вызванными языческими философскими течениями, терзавшими и коринфскую церковь, фессалоникийские верующие волновались из-за того что, по их мнению, любимые и друзья, которые умерли, почему-то не имели перспективы будущей жизни. “Не хочу же оставить вас, братия, в неведении о умерших, дабы вы не скорбели, как прочие, не имеющие надежды, – писал им Павел. -Ибо, если мы веруем, что Иисус умер и воскрес, то и умерших в Иисусе Бог приведет с Ним” (1 Фес. 4:13-14). “Как и вы, – уверял он их, – они будут восхищены, и всех вас воссоединит Господь, когда Он вернется”.
Если нет воскресения, нет надежды на будущую жизнь, почему же тогда, спрашивает Павел, люди приходят ко Христу из-за свидетельства верующих, которые умерли? Если мертвые не воскресают, то для чего (многие нынешние христиане) крестятся для (то есть приходят к вере из-за свидетельства) мертвых (покойных преданных верующих)?

Побуждение служить Господу

“Для чего и мы ежечасно подвергаемся бедствиям? Я каждый день умираю: свидетельствуюсь в том похвалою вашею, братия, которую я имею во Христе Иисусе, Господе нашем. По рассуждению человеческому, когда я боролся со зверями в Ефесе, какая мне польза, если мертвые не воскресают? Станем есть и пить, ибо завтра умрем!” (30:32)

Второй стимул, который дает надежда на воскресение, это – стимул служить Богу. Почему, в противном случае, могли бы верующие переносить так много бедствий и приносить столько жертв? Если бы с этой жизнью все кончалось, это заставило бы Павла и других апостолов ежечасно подвергаться бедствиям?

Если бы не было воскресения верующих мертвых, тогда страдания и смерть ради Евангелия были бы мазохистскими страданиями ради страданий. Как Павел уже сказал: “если мы в этой только жизни надеемся на Христа, то мы несчастнее всех человеков” (15:19).

Единственное, что вызывает готовность христиан так усердно работать, терпеть насмешки и оскорбления, быть такими выносливыми в работе для Христа, это – сознание, что главное, завершенное дело Самого Христа, искупление грешников, оказывает свое действие не только в этой, теперешней жизни, но и после нее (ср. Рим. 8:18). В чем была бы цель страдания за Христа, если бы мы никогда не увидели Его лицом к лицу? И зачем было бы приобретать других для Христа, если бы они никогда не увидели Его лицом к лицу? В чем состояли бы добрые вести такого Евангелия? Где были бы побуждения, заставлявшие проповедовать такое Евангелие – или верить ему?

Зачем заполнять эту жизнь бедствиями, если эта жизнь -все, что мы имеем? Зачем ежечасно подвергаться бедствиям, если мы не можем с уверенностью смотреть вперед? Зачем каждый день умирать, то есть подвергать свою жизнь опасности в самоотверженном служении, если со смертью все кончается? “Я протестую, – гневно говорит Павел. – Вы отрицающие воскресение, разбиваете вдребезги все христианекое служение. Если нет воскресения, ничто не имеет смысла”. Если воскресение Христа пасхальным утром было единственным воскресением, как считали некоторые из коринфян, тогда факт Его воскресения для нас не является победой. В таком случае Он не победил смерть, но только сделал бы ее еще большей насмешкой для тех, кто отдал Ему свое доверие, возложил на Него все свои надежды.

По рассуждению человеческому, когда я боролся со зверями в Ефесе, какая мне польза, если мертвые не воскресают? Какое человеческое рассуждение и человеческое побуждение могло бы заставить Павла постоянно рисковать своей безопасностью и жизнью? Мы не можем быть вполне уверенными в том, что Павел боролся в Ефесе с дикими зверями в буквальном смысле этого слова, но кажется вполне возможным, что именно так дело и обстояло, и это толкование поддерживается традицией. А может быть, Павел говорил тут метафорически, имея в виду дикие толпы ефесян, которых натравил на него серебряник Димитрий (Деян. 19:23-34). Как бы там ни было, здесь он упоминает одно из своих опасных переживаний, которое могло бы стоить ему жизни.

Почему бы он стал выносить такое, – говорил он коринфянам, – и продолжал бы выносить подобное, если бы единственная его цель и надежда были бы чисто человеческими и временными? Если мы живем только для того, чтобы умереть и оставаться мертвыми, куда больше смысла сказать: Станем есть и пить, ибо завтра умрем, – прямая цитата из Исайи 22:3, выражая безнадежные и гедонистические представления отпадших от веры израильтян. Эта цитата отражает также ту гнетущую напрасность, о которой постоянно говорится в книге Екклесиаста: “Суета сует, – все суета! Что пользы человеку от всех трудов его, которыми трудится он под солнцем?” (Екл. 1:2-3).

Греческий историк Геродот рассказывает об одном интересном египетском обычае: “На общественных собраниях богатых египтян, после окончания пира, слуга часто проносил среди гостей гроб, в котором находилось изображение трупа, вырезанное из дерева и раскрашенное таким образом, чтобы как можно более натуралистично походить на мертвеца. Слуга, раскрывая гроб, показывал это изображение каждому из гостей и говорил: “Загляните сюда! А теперь пейте и веселитесь, ибо вот такими вы будете, когда вы умрете”.

Если эта жизнь – все, что есть, почему бы не признать правоту сенсуализма? Почему бы не сделать его господствующим мировоззрением? Почему бы и не захватывать себе все, что мы можем нахватать, не делать всего того, что мы могли бы делать, почему бы не прожигать жизнь? Если мы умираем только для того, чтобы умереть и остаться мертвыми, гедонизм вполне имеет смысл.
А что в этом случае не имело бы никакого смысла, так это самопожертвование и самоотверженность тех, “которые верою побеждали царства, творили правду, получали обетования, заграждали уста львов, угашали силу огня, избегали острия меча… скитались по пустыням и горам, по пещерам и ущельям земли” (Евр. 11:33-34, 38). Их надежда “получить лучшее воскресение” (ст. 35) оказалась бы тщетной и пустой.

“Взирая на начальника и совершителя веры Иисуса, Который, вместо подлежащей Ему радости, претерпел крест, пренебрегши посрамление, и воссел одесную престола Божия” (Евр. 12:2), мы можем понять еще один аспект воскресения. Именно предчувствие воскресения, того, что Он оживет, чтобы быть снова со Своим Отцом, побудило нашего Господа умереть ради нас. Он был готов умереть за нас, потому что Он знал, что Он воскреснет ради нас.

Побуждение освятиться

“Не обманывайтесь: худые сообщества развращают добрые нравы. Отрезвитесь, как должно, и не грешите; ибо к стыду вашему скажу, некоторые из вас не знают Бога” (15:33-34)

В-третьих, надежда на воскресение побуждает нас к освящению. Ожидание воскресения должно приводить к более благочестивому образу жизни и к духовной зрелости. Стихи 32 и 33 тесно связаны между собой. Отрицание воскресения отнимает стимул, заставляющий стремиться и к служению, и к освящению. Если нет воскресения, зачем тогда волноваться о том, чтобы служить Господу или служить другим людям во имя Его, и затем тогда беспокоиться о том, чтобы быть святым и чистым?

Павел предостерегает коринфян, чтобы они не обманывались насчет опасности худых обществ. Слово хомилиа исходно означает группу людей, но может иметь также и дополнительное значение – наставления, нотации или проповеди. Поэтому из данного стиха можно сделать вывод о том, что коринфяне не только прислушивались к некоторым ложным учениям, но и водились с некоторыми худыми людьми. Несло ли это учение в себе некую официальнопризнанную весть или нет, оно было худым и развращающим.

Люди, которые имеют неправильные мысли, неизбежно и ведут себя неправильно. Неправильное поведение источником своим имеет неправильное мышление, ложные верования и ложные нормы поведения. Невозможно общаться с развращенными людьми без того, чтобы не оказаться запятнанными и их представлениями, и их привычками. Контекст подразумевает, что эти худые сообщества учили еретическим теологическим взглядам о том, что нет воскресения из мертвых, и что эта худая теология развратила добрые нравы.

В точности так же, как надежда на воскресение побуждает к послушанию и святости, неверие в воскресение побуждает к непослушанию и безнравственности. Как Павел только что указал, если нет воскресения, мы спокойно могли бы есть и пить, ибо завтра умрем. Если смерть – это конец, разве большое значение имеет то, что мы делаем?

Некоторые из коринфского собрания не знали Бога, и поэтому не знали Его истины. Плохая теология доводила их до плохого поведения, особенно потому, что они отвергали воскресение.
Греческий историк Туцидидес записывал, что, когда в Афинах разразилась эпидемия смертельной болезни, “люди совершали любые позорные преступления и жадно предавались любому вожделенному удовольствию”. Они считали, что жизнь коротка и нет воскресения, поэтому им не придется расплачиваться за свои грязные дела. Римский поэт Гораций писал: “Скажи, чтоб они принесли вина и благовоний, и цветов прелестной розы, у которой слишком короткий век, пока в силу обстоятельств, своего возраста и черных нитей трех сестер судьбы мы все еще можем это делать”. Перу другого римского поэта, Катулла, принадлежат такие строки: “Давай же будем жить, моя Лесбия, и любить, и сказки стариков-аскетов не ставить в пол гроша. Солнце, закатившись, может вернуться назад, но для нас, когда однажды закатится наш краткий свет, не будет ничего, кроме одной вечной ночи, которую нам придется проспать”.

Без перспективы воскресения и без той ответственности за свои поступки, которую приносит с собой такая перспектива, нет стимула делать что бы то ни было, кроме того, что нам бы хотелось делать здесь и сейчас. Если мы не получим ни награды, ни осуждения за свое поведение, зачем нам контролировать свои поступки?

Отрезвитесь, как должно, и не грешите. Павел умоляет в повелительном наклонении. “Те из вас, кто верят в воскресение, знают, как надо себя вести, и они должны приводить тех, кто в воскресение не верит, к истинному знанию Бога, вместо того, чтобы допускать, чтобы ересь и безнравственность таких людей сбивала с толку и развращала и их самих”. Апостол говорит это к их стыду. Они имели истину, но они не вполне верили ей и поэтому не вполне следовали ей. Он повелевал им бросить грех, в который они впутались.

Какую огромную силу имеет воскресение, и какую чудесную надежду оно дает! Иисус воскрес из мертвых; Он жив; и мы тоже будем жить, потому что однажды Он воскресит нас, чтобы мы были с Ним навеки. Что могло бы сильнее побудить нас прийти к Нему, служить Ему и жить для Него?

 

 

С уважением Андрей

Источник: Джон Макартур
 

[ad#MarketMeSuite 2]

Об авторе:

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому, к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах для нас, силою Божиею через веру соблюдаемых ко спасению, готовому открыться в последнее время. (1Пет.1:3-5)
  Похожие статьи

Добавить комментарий