Смысл истории

Все любят Иисуса. Марксисты любят Иисуса, потому что Он был радикальным революционером. Унитаристы любят Иисуса, потому что Он дружил с социальными отщепенцами. Либералы любят Иисуса, потому что, Он, так сказать, был либералом. Даже некоторые консервативно настроенные люди любят Иисуса, потому что Он был так консервативен. Это Марк Твен саркастически заметил, что Бог сотворил человека по Своему образу, и с тех пор человек отплачивает той же монетой храмы. То же самое касается и Бога Сына. Мы делаем Его точно таким же как мы, только, и почти все с этим согласятся, немного лучше. Короче говоря, все любят Иисуса, потому что Он, такой же как и мы, и воспринимается как выдающийся человек.

И это, само по себе, довольно верно. Иисус на самом деле является выдающимся человеком. У Него незапятнанная характеристика. Он был, и это все еще нормально воспринимается, великим моральным учителем. Это даже дает Ему некий минимальный уровень власти. Если вы процитируете Иисуса, вы произведете не меньшее впечатление, чем если бы вы процитировали Конфуция, если только вы выберете подходящую цитату. Тем не менее есть огромная пропасть, которая разделяет “великих моральных учителей” и совершенно покорного [Богу] человека. Культурные ограничения, которые удерживают таких друзей Иисуса от подобных заявлений, не в том, что они не хотят перехвалить Иисуса, боясь, что Он в чем-то не будет соответствовать эталону, но в том, что они не хотят признать закон, любой закон. Для Греков крест был безумием. Для Иудеев – камнем преткновения. Для пост-модернистов, тем не менее, проблема не в кресте, а в том, что предшествовало кресту, – проблема в покорной жизни.

Богословский либерализм, краткое название для мирского мышления о Боге и всем прочем, что упоминается в Библии, может смириться с крестом. Смысл креста, для тех, кто думает, что Иисус не воскрес, в том, чтобы показать нам пример, чтобы показать нам как сильно мы должны любить наших ближних. В подобном мышлении нет места искуплению. И вовсе не потому, что это было бы слишком много для Иисуса, но потому что это значило бы, что у нас есть грехи, которые нужно покрыть. Думать об искуплении [для них], значить думать о чем-то просто невообразимом.

Тем не менее, праведность Христа немного более трудна для мирского мышления, чтобы втолкнуть ее в мехи самоправедности. Это уже не так легко превратить во что-то слащавое, что было бы легко проглотить. Она жжет и доходит до сути. Вот почему мир говорит не о жизни Христа, а о Его учении. Его учение можно от всего отделить и сделать достаточно бесформенным, чтобы, всего лишь с долей интеллектуальной нечестности и дробления на нужные нам части, мы могли превратить его в свое собственно учение. Но мы не можем превратить Его абсолютное повиновение Божьему закону в наше собственное и стать Христианами по настоящему без того, чтобы, по меньшей мере, признать, что есть закон Божий, допустить, что мы не можем его соблюсти, и без доверия Его совершенному труду.

Это, тем не менее, дилемма всех постмодернистов. Как без стандарта можно отличить великого морального учителя от предосудительного морального кретина? Без морального эталона измерения, Иисус и Осама Бен Ладен не только на одном моральном уровне, но и на одном моральном уровне с нами всеми, постольку есть только один моральный уровень. Если нет цели, то никто не может сказать, что он стреляет лучше других.

В этом и есть камень преткновения Евангелия в наше время. Постмодернизм для того и существует, чтобы избежать возвышающегося над всем морального закона. Эта философия была создана не для того, чтобы убрать вину греха, но для того, чтобы убрать клеймо греха. Мы, исповедующие Христа “ошибаемся”, потому что мы исповедуем, что есть правильное поведение, даже если мы признаемся, что только один Человек смог его достичь.

Отличие нашего специфического века и того, в котором жил апостол Павел, тем не менее, это не другой камень преткновения в Благой вести. Скорее это реакция Церкви. Крест оскорблял Греков и шокировал Иудеев. Но Павел проповедовал о кресте. В наши дни покорность Христа является камнем преткновения, и поэтому мы никогда не говорим об этом. Церковь в наше время пытается никого не оскорбить, и, поступая так, прячет свечу под сосудом. Иисус – герой на кресте – это достаточно хорошо. Иисус покорный Сын — этого никто не хочет показывать.

Писание называет Его первородным между многими братьями. Для показания глубины благодати Бога, нам сказано, что Он не только Жених Церкви, но и старший брат. На самом деле, мы принадлежим Ему, мы должны исповедовать Его. Мы должны провозглашать не только славу креста, но и славу того, что привело ко кресту. Мы должны исповедовать Его послушание, Его праведность, которая через веру принадлежит и нам. Мы должны помнить, что Он был распят не потому, что Он был великим моральным учителем. Скорее Он был распят, потому что Он повиновался Своему небесному Отцу. Они повесили Его, потому что не могли Его ни в чем обвинить. И поскольку Он был первородным между многими братьями, мы должны, в свою очередь, взирать на крест не только как на единственное искупление наших грехов, но и как на пример для всех нас.

Вся слава Христу

Об авторе:

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому, к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах для нас, силою Божиею через веру соблюдаемых ко спасению, готовому открыться в последнее время. (1Пет.1:3-5)
  Похожие статьи

Добавить комментарий