Великие каппадокийцы

Не надо, друзья мои, не надо без нужды философствовать о Боге, ибо материя эта сложная и высокая. Говорить об этом можно не со всеми, не всегда, не на все темы, но с определенными людьми, в определенное время и в связи с определенными вопросами. ГРИГОРИЙ НАЗИАНЗИН

Каппадокия располагалась на юге Малой Азии на территории современной Турции. Там жили три христианских богослова, которых обычно называют “великими каппадокийцами”. Это Василий Кесарийский, или Великий, его брат Григорий Нисский, известный своими работами на тему о мистическом созерцании, и их друг Григорий Назианзин, поэт и оратор, многие гимны которого стали классическими в греко-язычной церкви. Но прежде чем обратиться к рассмотрению их трудов и дел, справедливость требует отдать должное еще одному человеку, не менее достойному, но которым часто пренебрегают историки, имеющие склонность игнорировать вклад женщин. Этой замечательной женщиной была Макрина, сестра Василия и Григория Нисского.

Если уборка и наведение порядка – это Ваша работа и профессия, то www.vikontgroup.ru поможет Вам выполнять вашу работу более качественно с помощью профессиональных моющих средств, профессиональной химии, которые мы рады Вам предложить.

Макрина

Макрина, Василий и Григорий воспитывались в семье с глубокими христианскими корнями – христианами были как минимум два предшествовавших поколения. Дедушка и бабушка по отцовской линии семь лет скрывались в лесах во время гонений при Деции. Вместе с ними там были и члены их семьи, в том числе два их сына – Григорий и Василий. Этот Григорий, дядя наших каппадокийцев, впоследствии стал епископом. Его брат Василий, отец Макрины и ее братьев, стал известным адвокатом и учителем риторики. Жена его была дочерью христианского мученика. Таким образом, христианами были предки каппадокийцев по обеим линиям, а дядя их был даже епископом.

Макрине было двенадцать лет, когда родители, в соответствии с существовавшими тогда обычаями, решили обручить ее. Они остановили выбор на молодом родственнике, готовившемся стать адвокатом, и Макрина согласилась. Все уже было готово к помолвке, но жених неожиданно умер. После этого Макрина отказывалась слышать о других претендентах и в конце концов дала обет безбрачия.

За два или три года до помолвки Макрины родился Василий. Он был больным ребенком, и какое-то время казалось сомнительным, что он выживет. Старший Василий, всегда хотевший иметь сына, дал ему самое лучшее образование, какое только мог, в надежде, что он пойдет по стопам отца и станет адвокатом и оратором. Молодой Василий учился сначала в Кесарии, главном городе Каппадокии, затем в Антиохии и Константинополе и, наконец, в Афинах. Именно в этом древнем греческом городе он встретился с Григорием, который затем станет епископом Назианзина, и с Юлианом, названным впоследствии Отступником.

Завершив учебу, Василий вернулся в Кесарию, полный самодовольства из-за переполнявших его знаний. Образование вкупе с семейным авторитетом обеспечивали ему высокое положение в кесарийском обществе. Вскоре ему предложили занять место преподавателя риторики.

Тогда-то и вмешалась Макрина. Она откровенно сказала брату, что он стал тщеславным, что он ведет себя так, будто лучше него в городе никого нет, и что ему следовало бы поменьше ссылаться на языческих писателей и больше следовать советам христианских авторов. Василий только пожимал плечами, считая свою сестру просто недостаточно образованным человеком.

Затем пришло трагическое известие: скоропостижно умер их брат Навкратий, живший уединенно в сельской местности. Василия это потрясло. Он был очень близок с Навкратием. Правда, последнее время их пути разошлись – Навкратий совершенно отказался от мирских удовольствий, тогда как Василий предавался им. Удар оказался настолько сильным, что Василий полностью изменил свою жизнь. Он отказался от должности преподавателя и от всех других почестей и попросил Макрину научить его смыслу религиозной жизни. Незадолго до этого умер их отец, и теперь Макрина стала опорой и утешением осиротевшей семьи.

Макрина пыталась поддерживать семью, обращая их мысли на радости, которые приносит духовная жизнь. Почему бы не уехать в семейное владение в Аннисах и не жить там в самоотречении и созерцании? Подлинное счастье приносит не мирская слава, а служение Богу. Такое служение лучше всего проводить, порвав все связи с миром. Одежда и пища должны быть самыми простыми, и человеку надлежит всецело посвятить себя молитве. Иными словами, Макрина предлагала примерно такой же образ жизни, какой вели затворники в пустыне.

Макрина вместе с матерью и еще несколькими женщинами удалилась в Аннисы, а Василий по совету сестры отправился в Египет, чтобы больше узнать о монашеской жизни. Поскольку Василий стал величайшим проповедником монашества в грекоязычной церкви, а интерес к этому пробудила в нем Макрина, можно утверждать, что основоположником греческого монашества была именно она.

Остаток жизни Макрина провела в монашеском уединении в Аннисах. Многие годы спустя, когда Василий уже умер, ее посетил Григорий Нисский. К тому времени она уже пользовалась такой известностью, что ее называли просто Учителем. Об этом своем посещении Григорий рассказал в трактате “О душе и воскресении”. В начале этой работы он пишет, что “Василий, величайший среди святых, ушел из этой жизни, отправился к Богу, и все церкви оплакивают его смерть. Но его сестра, Учитель, еще жива, и я был у нее”. Вид страдавшей астмой сестры произвел на Григория тяжелое впечатление. “При виде Учителя, – написал он, – мне стало больно, ибо было видно, что она тоже вот-вот умрет”.

Когда он выплакался и излил свою печаль, она успокоила его, напомнив о надежде на воскресение. Затем она умерла в полном умиротворении. Григорий закрыл ей глаза, отслужил отпевание и отправился продолжать работу, завещанную ему братом и сестрой.

Василий Великий

За много лет до этих событий Василий вернулся из Египта, Палестины и других стран, где он изучал монашескую жизнь, и обосновался неподалеку от Аннис. Вместе со своим другом Григорием Назианзином он организовал общину для мужчин наподобие той, которую Макрина основала для женщин. Он был сторонником общинной жизни, ибо считал, что отшельник никому не может служить, а смысл монашеской жизни заключается в служении людям. Сам он взял за правило заниматься самыми неприятными делами в общине. Он также написал устав, которого следует придерживаться в монашеской жизни. Поскольку все установления греческой церкви, касающиеся монашеской жизни, основываются на учении Василия, он обычно считается отцом восточного монашества.

Но уединенную жизнь Василий смог вести сравнительно недолго. Он прожил монахом немногим более шести лет, когда его против воли назначили пресвитером. Вскоре у него возникли разногласия с епископом Кесарийским, и он, не желая создавать дополнительные трудности, решил вернуться в монашескую общину. Там он оставался до тех пор, пока императором не стал Валент. Новый император придерживался арианских взглядов, поэтому епископ Кесарийский решил предать забвению разногласия с Василием и позвал святого монаха на помощь в борьбе с арианством.

Когда Василий прибыл в Кесарию, ситуация там была очень сложной. Год выдался неурожайным из-за плохой погоды, и богатые люди прятали зерно. Василий осудил такое поведение и распродал все свое имущество, чтобы накормить бедных. Если все, говорил он, будут оставлять себе только необходимое, а остальное отдавать нуждающимся, не будет ни бедных, ни богатых.

После смерти епископа Кесарийского избрание его преемника стало основным пунктом разногласий между ортодоксальными христианами и арианами. Авторитет, которым пользовался Василий, делал его наиболее приемлемым кандидатом. Ариане смогли выдвинуть против него только одно возражение: слабое здоровье. На это ортодоксальные христиане ответили, что они избирают епископа, а не гладиатора. В конце концов Василия избрали.

Новый епископ Кесарийский понимал, что его избрание придется не по нраву императору, который поддерживал ариан. Вскоре Валент выразил желание посетить Кесарию. Никейцы уже получила горький опыт при посещении Валентом других городов, где он делал все возможное для укрепления арианских позиций.

Для подготовки визита Валента в Кесарию туда прибыло множество должностных лиц. Император дал им указание путем обещаний и угроз склонить нового епископа на свою сторону. Но сломить Василия было не так-то просто. Наконец в ходе жаркого спора претор потерял терпение и пригрозил Василию конфискацией имущества, ссылкой, пытками и даже смертной казнью. Василий на это ответил: “Конфисковать у меня вы можете только вот это тряпье и несколько книг. Сослать меня вы никуда не можете, ибо куда бы вы меня ни отправили, я везде буду гостем Бога. Что же касается пыток, вам следует знать, что мое тело уже умерло во Христе. А смерть будет для меня величайшим благом, поскольку она быстрее приведет меня к Богу”.

Ошеломленный претор сказал, что до сих пор никто так с ним не разговаривал. Василий ответил: “Скорее всего, потому, что ты еще не встречался с настоящим епископом”.

Наконец прибыл император. В знак своего благоволения к городу он возложил на алтарь щедрые дары, но никто не пришел за ними. Императору пришлось ждать епископа, который в конце концов принял дары, дав при этом ясно понять, что именно он оказывает честь императору.

После этих событий Василий смог наконец посвятить себя выполнению епископских обязанностей. Особое внимание он уделял организации и распространению монашеского движения, а также защите никейских идеалов. Кроме того, своей обширной перепиской и своими работами он внес значительный вклад в развитие учения о Троице. Но, как и Афанасий, он не увидел плодов конечной победы – он умер за несколько месяцев до Константинопольского собора, подтвердившего в 381 году решения Никейского собора.

Григорий Нисский

У младшего брата Василия Григория Нисского был совершенно иной склад характера. В отличие от непоседливого, живого и даже порой самонадеянного Василия Григорий предпочитал тишину, уединение и безвестность. Роль борца и защитника его не привлекала. Он получил неплохое образование, но не такое основательное, как Василий. Одно время он хотел стать адвокатом и ритором, но в конечном счете понял, что это занятие не для него.

В те годы, когда Василий со своим другом Григорием Назианзином со всем пылом души посвятили себя монашеской жизни, Григорий женился на одной молодой женщине и чувствовал себя с ней вполне счастливым. Позднее, когда его жена умерла, а сам он стал монахом, Григорий написал трактат “О девственности”, отразивший его взгляды. Он полагал, что если человек не женится, он не страдает при виде болей роженицы и тем более от потери жены. По его мнению, монашество ограждает от боли и страданий обычной жизни. Известность он приобрел благодаря своим мистическим взглядам и сочинениям, в которых описывал такую жизнь и указывал направление тем, кто хотел бы ей следовать.

Однако острые, злободневные вопросы того времени не могли оставить равнодушным такого человека, как Григорий. Василий буквально принудил его стать епископом Ниссы – почти что деревушки. Валент и ариане всеми силами пытались сокрушить ортодоксальную “партию”. Борьба казалась Григорию непомерно тяжелой, и он начал скрываться. И все же, несмотря на все это, после смерти Валента и Василия Григорий стал одним из тех, кто возглавил никейское движение. Как лидер никейцев он и прибыл в 381 году на Константинопольский собор.

По характеру он был спокойным и скромным человеком, но в его трудах отражается внутренний огонь духа. А убедительное изложение им никейских принципов способствовало их победе на Константинопольском соборе.

После этого знаменательного собора император Феодосии пригласил его к себе в качестве одного из ведущих советников по богословским вопросам, и Григорию пришлось много путешествовать по империи и посетить даже Аравию и Месопотамию. Хотя эта деятельность приносила большую пользу, Григорий всегда относился к ней как к помехе, отвлекающей его от созерцательной жизни.

Наконец, убедившись в твердой победе никейских принципов, Григорий вернулся к монашеской жизни в надежде, что мир оставит его в покое. И он в этом преуспел – нам не известны ни дата, ни обстоятельства его смерти.

Григорий Назианзин

Другим великим каппадокийцем был Григорий Назианзин, с которым Василий познакомился во время учебы. Родителями Григория были епископ Назианза, которого тоже звали Григорий, и его жена Нонна (в те времена многие епископы женились). Григорий Старший придерживался еретических взглядов, но Нонна воспитывала сына в ортодоксальном духе. Как и у Василия, семья Григория была очень благочестивой, и многих из них позднее начали даже называть “святыми” – самого Григория, его родителей Григория и Нонну, его брата Кесария, сестру Горгонию и двоюродного брата Амфилохия.

Юношеские годы Григорий провел за книгами. Сначала он учился в Кесарии, а затем отправился в Афины, где оставался около четырнадцати лет и где встретился с Василием и будущим императором Юлианом. В возрасте тридцати лет он вернулся домой и вместе с Василием начал вести монашескую жизнь. В то же самое время его брат Кесарии стал известным врачом в Константинополе, где лечил Констанция и Юлиана, не принимая при этом ни арианских взглядов первого, ни языческих взглядов второго.

По возвращении в Назианзин Григорий был против воли рукоположен пресвитером. Он скрылся в монашеской общине Василия, где оставался какое-то время, но в конце концов вернулся к исполнению пастырских обязанностей в Назианзе. Именно тогда он прочитал известную проповедь, посвященную долгу пастыря и начинающуюся со слов: “Меня одолели, и я признаю свое поражение”.

С этого момента Григорий начал принимать больше участия в богословских спорах того времени. Когда Василий сделал его епископом маленькой деревушки, Григорий решил, что друг просто обманул его, и их отношения стали крайне натянутыми. Это время было тяжелым для Григория – умерли Кесарии, Горгония, отец и мать. Чувствуя себя одиноким и покинутым, Григорий ушел из доверенной ему церкви, чтобы иметь время Для спокойных размышлений. Он удалился в уединенное место, где его настигло известие о смерти Василия, с которым он так и не успел помириться.

Для Григория это стало тяжелым ударом. Нов конце концов он почувствовал призвание принять активное участие в борьбе против арианства, к которой его без особого успеха побуждал Василий. В 379 году он прибыл в Константинополь. В тот период арианство пользовалось всецелой поддержкой государства, и во всем городе не было ни одной ортодоксальной церкви. Григорий начал совершать службы в доме одного из своих родственников. Когда он появлялся на улице, толпа забрасывала его камнями. Арианские монахи не раз врывались на службу и оскверняли алтарь. Но он проявлял твердость, укрепляя небольшую паству пением сочиненных им гимнов, некоторые из которых стали классикой греческих песнопений.

Наконец настали иные времена. В конце 380 года император Феодосии совершил триумфальный въезд в Константинополь. Он придерживался ортодоксальных взглядов и вскоре удалил всех ариан с высоких постов, которые они использовали для упрочения своих позиций. Несколько дней спустя новый император пригласил Григория посетить вместе с ним собор Святой Софии. День был пасмурным, и только Григория озарил единственный луч солнечного света. Присутствующие сочли это знамением с неба и закричали: “Григорий – епископ, Григорий – епископ!” Такой оборот дела устраивал Феодосия, поэтому он согласился. Григория, не желавшего становиться епископом, в конце концов уговорили. Безвестный монах из Назианза стал патриархом Константинопольским.

Через несколько месяцев император созвал в Константинополе собор, на котором Григорий председательствовал как епископ города. Новые обязанности были ему не по душе – он говорил, что собрание епископов подобно осиному гнезду. Когда кто-то из его противников сказал, что он не может быть епископом Константинопольским, поскольку занимает должность епископа в другом месте, Григорий сразу же отказался от этого высокого положения, к которому никогда не стремился. На его место был избран гражданский наместник Константинополя Нектарий, достойно выполнявший свои функции, пока его не сменил Иоанн Златоуст, к деятельности которого мы обратимся ниже.

Константинопольский собор подтвердил решения Никейского собора в отношении Божественности Сына и добавил к ним положения, касающиеся Святого Духа. Таким образом, именно этот собор провозгласил учение о Троице. Его решения и заложенные в них богословские принципы стали в значительной степени результатом работы великих каппадокийцев.

Григорий же вернулся на родину, где занялся сочинением гимнов и посвящал время исполнению пастырских обязанностей. Узнав о намерении Феодосия созвать еще один собор и пригласить его председательствовать на нем, он решительно отказался от этой чести. Он не принимал больше участия в гражданских и церковных церемониях и умер в возрасте примерно шестидесяти лет.

Вся слава Христу

Источник: Хусто Гонсалес

Об авторе:

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому, к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах для нас, силою Божиею через веру соблюдаемых ко спасению, готовому открыться в последнее время. (1Пет.1:3-5)
  Похожие статьи

Добавить комментарий