Географическая экспансия

Географическая экспансия

Развитие более совершенных средств связи значительно облегчило работу по донесению Благой Вести и распространение благотворного и многообещающего влияния западной цивилизации, но в то же время сближение разных народов и рас – следствие этого прогресса – сделало возможным более стремительное распространение тенденций, враждебных Царству Христа.

ВСЕМИРНАЯ МИССИОНЕРСКАЯ КОНФЕРЕНЦИЯ, Эдинбург, 1910 год

По размаху географической экспансии XIX век сравним только с XVI веком. Но если XVI век был великой эпохой католической экспансии, то в XIX веке аналогичную роль сыграл протестантизм. Хотя общие последствия этого широкомасштабного предприятия до сих пор не совсем ясны, бесспорно, что с точки зрения истории христианства самым важным событием XIX века стало образование подлинно вселенской церкви, в которую влились народы, представляющие все человеческие расы. Вместе с тем необходимо оговориться, что все это происходило в условиях развития колониализма и экономического империализма, оставивших свой отпечаток и на жизни церкви.

Колониальная экспансия

В начале XIX века вполне можно было считать, что эпоха европейского колониализма уже прошла пик своего развития. Такое представление было тем более оправданным в отношении западного полушария, где в предшествующие столетия европейская экспансия добилась особенно впечатляющих успехов. Но после завоевания независимости Соединенными Штатами у Британии в Америке не осталось других колоний, кроме Канады, нескольких островов в Карибском море и сравнительно небольших владений в Центральной и Южной Америке. Французы потеряли Гаити – до того времени свою самую плодоносную колонию. А Испании пришлось отказаться от всех своих американских земель, за исключением Кубы и Пуэрто-Рико, которые она тоже потеряет на стыке веков. Кровавые события, связанные с наполеоновскими войнами, казалось, положили конец европейской гегемонии в мире.
Но произошло как раз противоположное. Наполеоновские войны побудили Британию обратить внимание на колонии, принадлежавшие ее противникам. Когда Наполеон стал хозяином европейского континента, Британия выжила благодаря превосходству своего флота. Самые мощные ее эскадры защищали страну от вторжения, а другие занимались перехватом судов, обеспечивавших торговые связи наполеоновской Европы – Франции, Испании, Португалии и Нидерландов – с заморскими колониями. Англичане привыкли получать плохие новости о сражениях с Наполеоном на суше и хорошие с моря, где их корабли причиняли ему большие неприятности. Когда война закончилась, в руках Британии оказались несколько бывших французских и голландских колоний.
Эти события вписывались в общий контекст колониальной экспансии XIX века, основной движущей силой которой была промышленная революция. Для технологического развития промышленного производства требовалось все больше капиталовложений и рынков сбыта. Какое-то время в качестве рынков сбыта вполне хватало неразвитых в промышленном отношении регионов Европы. Но затем индустриальным державам пришлось искать иные возможности, и они нашли их в Латинской Америке и в Азии.
В Латинской Америке это вылилось в “неоколониализм”. Как только бывшие испанские колонии добились независимости, Великобритания, Франция и Соединенные Штаты повели борьбу за новые рынки сбыта. Поначалу иностранные компании интересовали главным образом города. Но к 1870 году они уже сражались за контроль над сельскохозяйственной продукцией, производимой во внутренних отдаленных районах. В новых условиях требовались уже не столько рынки сбыта, сколько сырье для промышленного производства. Алчный взгляд обратился на то, чего раньше почти не замечали, и значительная часть иностранного капитала теперь вкладывалась в строительство и эксплуатацию железных дорог, портов и перерабатывающих предприятий. Эти капиталовложения делались с согласия и при поддержке стоявших у власти крестов, размеры и ценность земельных владений которых значительно возросли. Иностранный и национальный капиталы заключили союз, интересы которого отстаивали олигархические правительства, в свою очередь получавшие от них поддержку. Ввиду крепости этого союза радикальные изменения в социальных и политических структурах происходили редко.
В Азии европейская промышленная революция приводила к аналогичным последствиям, хотя там колониализм принимал обычно более традиционную форму военных завоеваний и открытого политического господства. Поначалу западные развитые державы довольствовались открытием новых рынков. Однако осуществлению экономических интересов каждой из них мешали политическая нестабильность в регионе, слабость местных правительств и конкуренция других таких же держав, что раз за разом побуждало эти страны к военному вмешательству и к прямому захвату власти.
Колонизация черной Африки, до тех пор проходившая относительно медленно, ускорилась в последние десятилетия столетия, когда Европу охватила империалистическая лихорадка. Многим тогда казалось, что великая держава обязательно должна иметь заморскую империю. К тому времени Великобритания, Франция и Нидерланды уже обладали такими империями, и теперь в яростную борьбу за захват любого клочка земли включились Бельгия, Италия и Германия.
Это стало возможным благодаря еще одному следствию промышленного развития: росту военной мощи. Западные державы располагали оружием, с помощью которого они могли разгромить гораздо более сильные в численном отношении армии. Даже такие гордые и многочисленные народы, как китайцы и японцы, были вынуждены склониться перед странами, которые в ином случае можно было бы считать второразрядными. В Африке и Азии политическую независимость удалось сохранить лишь очень немногим народам, но даже им пришлось отказаться от экономической независимости. Китай и Японию, например, которые никогда не были полностью завоеваны западными странами, буквально принудили открыть торговлю с Западом. Впервые в истории мир стал большим экономическим рынком.
В западном мире многие понимали смысл происходящего. Одни выступали против конкретных колониальных предприятий на том основании, что они противоречат национальным интересам. Другие – главным образом христиане глубоких убеждений – протестовали против жестокого обращения с коренными жителями некоторых колонизированных районов. Но в целом колонизаторы были убеждены, что их дела оправдываются полезностью их цивилизаторской миссии для местного населения. По их представлениям, Бог вложил блага западной цивилизации и христианской веры в руки белых – европейцев и североамериканцев, – дабы они поделились ими с остальным миром. Выполнение этой задачи было “бременем белого человека”: донести до всего мира блага индустриализации, капитализма, демократии и христианства.
Для таких представлений были определенные основания. Медицинское обслуживание, например, дошло до многих отдаленных районов и спасло огромное число жизней. Торговля и промышленное развитие повысили благосостояние во многих частях света и по этой причине получили поддержку со стороны некоторых слоев местного населения. Но в то же время все это вызывало недовольство широких народных масс, лишавшихся земли, приводило к разрушению многих культурных традиций, веками скреплявших общество, и к увеличению разрыва между уровнем жизни богатых и бедных во всем мире. Во всяком случае, расовое и культурное высокомерие, лежавшее в основе всего этого предприятия, не могло не вызвать антиколонизаторской реакции, проявившейся в середине XX века.

Миссионерская деятельность

Все эти события и идеи оказали глубокое влияние на церковь. Однако взаимоотношения между колониальными властями и миссионерами были очень сложными. Часто выдвигается обвинение, что миссионеры были агентами колониализма, но это не совсем так, поскольку некоторые из них выступали против колониальной политики в целом, а многие критиковали различные ее аспекты. Не совсем соответствует действительности и утверждение, что миссионеры вошли в дверь, открытую колониализмом, – многие из них действительно работали в колонизированных странах, но во многих других случаях миссионеры добирались до районов, в которых до них не появлялись ни торговцы, ни колонизаторы. Кроме того, миссионерская работа часто вступала в противоречие с политикой колониальных властей и с коммерческими интересами, так как возникало опасение, что религиозные конфликты могут повредить торговле. Суть в том, что колониальная экспансия Запада – в частности, протестантского Запада – совпала по времени с миссионерской экспансией и что эти два движения в одних случаях помогали, а в других мешали друг другу.
Одной из самых существенных характеристик миссионерского предприятия XIX века было образование миссионерских обществ. Одни из них набирали членов из какой-то определенной конфессии, другие ломали конфессиональные границы. Все общества были добровольными, поскольку церкви, как правило, не оказывали миссиям материальной поддержки. Предтечами движения были Общество распространения христианского знания, основанное в 1698 году, и Общество распространения Евангелия в зарубежных странах, основанное в 1701 году. Оба они были англиканскими и какое-то время проводили работу в основном среди британских эмигрантов. В XVIII веке под влиянием пиетистов, моравских братьев и методистов были созданы несколько других подобных организаций. Но расцвет миссионерских обществ наступил в конце XVIII века и продолжался в течение всего XIX века. В 1792 году благодаря усилиям Уильяма Кэри, которого часто называют “отцом современного миссионерства”, было основано Общество частных баптистов по распространению Евангелия среди язычников (позднее название сократили, и оно стало называться Баптистским миссионерским обществом). Три года спустя, отчасти по примеру баптистов, методисты, пресвитериане и конгрегационалисты создали Лондонское миссионерское общество. Церковное миссионерское общество, основанное в 1799 году, набирало членов среди евангельского крыла англиканской церкви. Создавались также другие общества с более конкретными целями, такие как Британское и зарубежное библейское общество, основанное в 1804 году. Затем движение распространилось на другие страны, и вскоре протестантские миссионерские общества появились в Нидерландах, Швейцарии, Дании, Германии и в некоторых других странах. Во Франции существовали как протестантские, так и католические общества. В Соединенных Штатах конгрегационалисты основали Американский совет представителей зарубежных миссий. Когда один из этих миссионеров, Адонирам Джадсон, стал баптистом, для помощи ему и другим миссионерам было организовано Баптистское миссионерское общество, послужившее в конечном счете основанием для создания Американской баптистской конвенции.
Появление этих обществ указывает на еще одну характерную черту миссионерского движения XIX века: широкую его поддержку. Раньше в течение столетий миссионерская работа проводилась при официальной поддержке государства. Но в XIX веке большинство западных правительств почти или совсем не имели официальных связей с миссионерским движением. Британская Ост-Индская компания в течение многих лет пыталась удалить миссионеров с находившихся под ее властью территорий. Большинство европейских правительств и Соединенные Штаты занимали нейтральную, а в некоторых случаях – отчасти враждебную позицию по отношению к работе миссионеров и ее целям. По крайней мере теоретически миссионеры могли рассчитывать только на ту защиту, которая предоставлялась их согражданам, занятым другими делами. Но самое разительное отличие от современного миссионерского движения касалось финансовой поддержки. Средства для работы выделяли лишь немногие правительства и немногие церкви. Не имея поддержки со стороны гражданских властей и церкви, миссионеры были вынуждены обращаться к общественности, благодаря помощи которой миссионерские общества начали расти и распространяться.
Таким образом, впервые за много столетий миссионерская работа привлекла широкий интерес членов церквей. Разумеется, и тогда многие не обращали на этот вопрос никакого внимания. Но все, у кого было такое желание, и стар и млад, могли вносить свой вклад в проповедь Евангелия в дальних странах. Со своей стороны, миссионерские общества доносили сведения о том, что происходило в самых отдаленных районах Азии и Африки, и это становилось одним из основных источников информации и учебных материалов о других странах и культурах.
Важную роль во всем этом играли женщины. Во многих конфессиях, как в Соединенных Штатах, так и в Европе, женщины организовывали собственные миссионерские общества и собирали средства и продовольствие для работы за рубежом. Поначалу все миссионеры были мужчинами, хотя многие из них были женаты и брали жен с собой. Но вскоре стало ясно, что женщины могут играть большую роль в зарубежных миссиях. Некоторые женские миссионерские общества начали посылать собственных миссионеров. У католиков такими миссионерами были обычно монахини, и на миссионерском поле они занимались примерно той же работой, что и на родине, – обучением, уходом за детьми и престарелыми и так далее. У протестантов же женщины начали заниматься делами, которые дома им были запрещены, такими как проповедование и организация церквей. (В условиях подспудного расизма того времени казалось вполне приемлемым, что женщины имеют над “аборигенами” власть, которой сексизм лишал их у себя дома.) В конечном счете пример этих женщин и известия о достигнутых ими успехах побудили других женщин в Европе и в Соединенных Штатах требовать возможности делать то же самое. Таким образом, миссионерское движение стало одним из источников феминистского движения среди западных протестантов.
Наконец, еще одним важным последствием миссионерского движения был дух сотрудничества между разными конфессиями. Соперничество, казавшееся вполне естественным в Европе и в Соединенных Штатах, стало камнем преткновения для миссионерской работы в Индии или в Китае. Поэтому многие миссионеры, а вслед за ними и их обращенные, предпринимали меры для устранения преград, отделявших конфессии одну от другой. Некоторые миссионерские общества начали приглашать работников из разных конфессий. Трудившиеся на миссионерском поле постоянно направляли усилия на то, чтобы доносить общее свидетельство и избегать конкуренции. Таким образом, экуменическое движение, во всяком случае – среди протестантов, одним из своих корней уходит в миссионерский опыт XIX и XX веков.

Азия и Океания

В течение многих веков воображение Европы завораживали древние цивилизации Дальнего Востока. В средние века из книги в книгу кочевали неясные слухи о странных обычаях и необычайных чудовищах. Затем Марко Поло и другие путешественники рассказали о сказочных богатствах дворов Китая и Индии. В XVI веке португальцы открыли в этом регионе постоянные торговые базы, и вскоре подобными опорными пунктами стали пытаться обзавестись и другие европейские страны. Торговые интересы и необходимость их защищать часто приводили к военным и политическим завоеваниям, и к началу Первой мировой войны в Азии и в Тихом океане осталось очень немного стран, не подпавших под колониальное управление. Хотя это не всегда происходило в согласии с колониальной политикой, тем не менее миссионеры и основывавшиеся ими церкви становились частью процесса европейской экспансии.
В Азии новую волну колониальной экспансии первым испытала на себе Индия как историческая цельность – сейчас это Индия, Пакистан, Бангладеш и Шри-Ланка. Христианство существовало там с древних времен, а католичество появилось в XVI веке. В начале XVIII века туда прибыли первые протестантские миссионеры под покровительством датского короля, на которого большое влияние оказывал пиетизм. Но самое большое протестантское миссионерское наступление произошло в XIX веке, когда резко возросло британское влияние.
Британская Ост-Индская компания проводила операции в Индии с начала XVIII века. Примерно сто лет спустя она овладела практически всем ее восточным побережьем. Чуть раньше англичане захватили Цейлон. К середине XIX века практически весь регион оказался в руках Великобритании. В 1858 году по постановлению парламента управление Индией было отобрано у компании и передано напрямую британской короне.
В первое столетие своей деятельности Британская Ост-Индская компания противилась миссионерской работе, так как опасалась, что христианская проповедь вызовет трения и беспорядки, нанеся тем самым ущерб торговле. Такая политика не встречала особого сопротивления в Англии, где тогда мало кто интересовался миссионерской работой. Ситуация изменилась отчасти в результате усилий Уильяма Кэри, так что его совершенно справедливо называют “отцом современного миссионерства”.
Уильям Кэри воспитывался в англиканской семье, но затем стал баптистом. По профессии он был учителем и сапожником, и его завораживали известия об открытых капитаном Куком новых землях в акватории Тихого океана. Под влиянием веры и того, что ему было известно о существовании далеких земель, он пришел к необычному в то время выводу, рассудив, что христиане обязаны проповедовать Евангелие жителям дальних стран, которые не слышали его. Встретившись с большим сопротивлением, он все же сумел объединить людей, придерживавшихся тех же взглядов, и создать Общество частных баптистов по распространению Евангелия среди язычников. Когда Общество не смогло найти миссионера, Кэри решил взяться за дело сам и в 1793 году прибыл в Калькутту вместе с семьей и врачом, который должен был помогать ему в работе. Трудности встретились немалые. Характерно, что однажды он написал своим сторонникам в Англии, что он на каждом шагу натыкается на препятствия и поэтому не видит другой альтернативы, кроме как продолжить свою работу! Его решимость и, в частности, его письма в Англию пробудили новый интерес к миссионерской деятельности, и вслед за ним отправилась группа миссионеров. Поскольку Ост-Индская компания не разрешила вновь прибывшим поселиться в Калькутте, Кэри перенес свою резиденцию в Серампур, превратившийся в организационный центр всей проводившейся работы. Вместе со своими помощниками, среди которых был печатник, он решил, что одна из первоочередных задач заключалась в том, чтобы сделать Библию доступной индийскому населению. Кэри обладал необычайными способностями к языкам и ко времени своей смерти перевел Библию, полностью или частично, на тридцать пять языков. Он также всеми силами искоренял обычай сжигать вдов на костре вместе с их умершими мужьями. Во всех этих делах он добился замечательных успехов. Работа Кэри и сообщения о ней, поступавшие в Англию и в Соединенные Штаты, побуждали многих следовать его примеру. Многие миссионерские общества, возникшие в начале ХГХ века, своим существованием обязаны именно его влиянию. Все больше было христиан, которые, узнавая о достижениях Кэри, чувствовали призвание, как и он, стать миссионерами. В 1813 году, при пересмотре устава Ост-Индской компании, парламент внес в него положение о свободном доступе миссионеров на территории, находящиеся под ее контролем.
В самой Индии усилия Кэри на первых порах не приводили к большому числу обращений. Но к концу его жизни стало ясно, что там создана церковь и что его работу надо продолжить. В следующем поколении известность своей деятельностью в сфере просвещения приобрел шотландец Александр Дафф, убежденный, что именно распространение образования – наилучший путь для проникновения в Индию. В результате работы его самого и его последователей ко времени, когда век спустя Индия завоевала независимость, многие лидеры нового государства были либо христианами, либо людьми, на которых христианская вера оказала глубокое воздействие.
Между тем среди низших слоев населения обращения были массовыми. Протестантские миссионеры настаивали на несправедливости кастовой системы в Индии. В соответствии с индийской традицией, сам факт преломления хлеба во время евхаристии истолковывался как разрушение кастовых границ. Поэтому многие “неприкасаемые” и некоторые племена, традиционно исключавшиеся из общественной жизни, относились к протестантизму как к освободительной силе и присоединялись к нему. Равным образом, многие женщины видели в христианстве луч свободы и под его влиянием начинали заниматься общественными делами. Самой известной среди них была Рамабаи, совершившая поездку в Англию и в Соединенные Штаты и по возвращении в Индию посвятившая остаток жизни женскому образованию. В результате ее работы многие женщины смогли внести значительный вклад в жизнь церкви и индийского общества.
В Юго-Восточной Азии во владения колониальных держав вклинилось когда-то могущественное королевство Сиам (ныне Таиланд). К востоку от него возникли французские колонии, названные впоследствии Французским Индокитаем, а англичане, западнее Сиама, захватили Бирму. Во французской зоне католические миссионеры селили своих обращенных в отдельных деревнях, где они могли жить в соответствии с католическими учениями. В результате регион разделился на католические и буддистские населенные пункты, и такое положение дел сохранялось и в XX веке. В Бирме самым известным миссионером был Адонирам Джадсон, американский кон-грегационалист, отправленный Американским советом представителей зарубежных миссий и по пути на миссионерское поле ставший баптистом. По примеру Кэри он вместе с женой перевел Писание на бирманский, тайский и другие языки. Они обратили немногих, но один из обращенных, Ко Тха Биу, впоследствии организовал движение массового обращения в своем племени каренов. В Сиаме, единственной стране Юго-Восточной Азии, которой удалось сохранить независимость, работали как католические, так и протестантские миссионеры. Их работа затруднялась кратковременными периодами преследований, но к концу века они сумели создать достаточно сильные церкви.
Китай был великой империей Дальнего Востока. Христианство неоднократно пыталось пустить там корни, но каждый раз отступало из-за суровых гонений и изоляции. Наконец Риччи и сопровождавшим его иезуитам удалось создать небольшую церковь (см. том 1, с. 381-382). Но затем наступил очередной период изоляционизма, и в начале XIX века положение немногочисленной католической общины в Китае было очень шатким. Протестантские миссионеры давно мечтали проникнуть в Китай. К тому времени один из соратников Кэри уже начал монументальный труд по переводу Библии на китайский язык. Затем в Кантоне обосновался шотландец Роберт Моррисон, посвятивший жизнь переводу Библии и других книг на китайский язык. Прошло семь лет, прежде чем у него появился первый обращенный, которых у Моррисона никогда не было много. Но его пример и то, что уже существовал китайский перевод Писания, поддерживали мечту принести в эту обширную страну послание христианства. Трудность, однако, заключалась в том, что китайское правительство нетерпимо относилось к присутствию иностранцев на территории империи. Лишь немногих из тех, кого китайцы считали западными варварами, допускали на строго определенные четко означенные территории, и именно через эти порты осуществлялись торговые связи.
Затем началась Опиумная война (1839-1842). Она стала одной из самых позорных страниц в истории западного колониализма – англичане развязали войну с Китаем для защиты якобы имевшегося у британских купцов права ввозить опиум в Китай, что было явным нарушением китайских законов. По условиям Нанкинского договора, положившего конец военным действиям, англичане получили остров Гонконг и открыли пять крупных торговых портов. После этих событий примеру англичан последовали другие страны, чтобы с помощью военной силы добиться от китайцев еще больших уступок. Многие договоры о таких уступках включали положения о допуске миссионеров на китайскую территорию. Некоторые из них предусматривали также их защиту. В конечном счете особые меры были приняты даже в отношении китайских христиан. Вскоре в Китай прибыли миссионеры из разных стран и конфессий, и их начальный успех вселял большие надежды.
Неожиданным косвенным последствием христианской проповеди стало Тайпинское восстание с созданием “Небесного царства”. Основателем движения был школьный учитель, прочитавший несколько христианских трактатов и решивший, что пришло время для установления “Небесного царства великого благоденствия”, царем которого станет он. В этом царстве все будет общим, не будет дискриминации по половому признаку и будут приняты законы, направленные на искоренение проституции, прелюбодеяния, рабства, ношения девушками колодок, употребления опиума, табака и алкоголя. В 1850 году движение вылилось в открытое восстание, и войска “Небесного царства” одержали ряд впечатляющих побед. В 1853 году повстанцы сделали Нанкин “Небесной столицей” и угрожали даже императорскому Пекину. В конце концов императорская армия с помощью западных держав подавила восстание. Оно продолжалось пятнадцать лет и унесло двадцать миллионов жизней.
Именно во время Тайпинского восстания в Китае впервые появился Хадсон Тейлор. Вскоре из-за слабого здоровья он был вынужден вернуться в Англию и там сосредоточить свои усилия на создании Китайской внутренней миссии и ее руководстве. Затем в качестве ее представителя он вернулся в Китай. Целью этой организации была евангелизация Китая, не предполагавшая, однако, привнесения различных течений европейского и американского протестантизма. Китайская внутренняя миссия принимала миссионеров из всех конфессий, и благодаря ей возникли сотни церквей в разных частях страны. Она не пожелала обзавестись мнимыми преимуществами, которые якобы сообщало покровительство иностранных государств, поскольку Тейлор сознавал, что такого рода привилегии вызовут недовольство китайцев и в конечном счете обойдутся очень дорого.
Предсказания Тейлора сбылись. Боксерское восстание в 1899-1901 годах стало мощным проявлением недовольства китайцев иностранным вмешательством. Были убиты тысячи миссионеров и их обращенных. Иностранные дипломаты, спорившие о разделе добычи в Китае, оставались в осажденном Пекине, пока им на выручку не пришла объединенная армия западных держав. В конце концов западные страны подавили восстание, и китайское правительство было вынуждено пойти на еще большие уступки, в том числе – уплатить огромные расходы по возмещению понесенных убытков. Некоторые миссионерские агентства, извлекшие урок из восстания, отказались принять платежи. Все эти беспорядки в конечном счете привели к падению империи. В 1911 году, когда вспыхнуло новое восстание, император был вынужден отречься от престола, и открылся путь для создания Республики объединенных китайских провинций. К тому времени число протестантских миссионеров составляло десятки тысяч, в каждой провинции были процветающие церкви, и руководящие позиции в церкви все чаще занимали китайцы. Будущее казалось таким светлым, что некоторые западные наблюдатели заговорили об обращении всей страны – подобно тому, как это произошло в Римской империи при Константине.
В первой половине XIX века Япония оставалась абсолютно закрытой для контактов с Западом. В 1854 году коммодор американских ВМС Мэттью Перри вынудил японцев подписать первый торговый договор с западной державой. Затем его примеру последовали Великобритания, Франция, Нидерланды и Россия. В 1864 году объединенные силы стран Запада положили конец всякому сопротивлению иностранному влиянию. Результатом стало признание японцами технологического превосходства Запада и их стремление как можно большему научиться у него. К концу века Япония превратилась в индустриально развитую и сильную военную державу, нанесшую поражение китайцам и русским, а в 1910 году она аннексировала Корею. Этот процесс быстрого развития по западным образцам облегчал работу миссионеров, устремившихся туда вскоре после достигнутого коммодором Перри прорыва. Во всех главных городах страны появлялись церкви, для руководства которыми готовились кадры из числа местного населения. Любопытно отметить, что в районе Нагасаки протестантские миссионеры обнаружили около ста тысяч человек, сохранявших остатки веры своих предков, переданной несколько веков назад Франсуа Ксавье и другими иезуитскими миссионерами.

 

Японцы усвоили урок коммодора Перри и в 1876 году принудили Корею подписать свой первый торговый договор. Вскоре аналогичные договоры Корея подписала с Соединенными Штатами (1882), Великобританией (1883) и Россией (1884). Это открыло путь в Корею для первых протестантских миссионеров, методистов и пресвитериан из Соединенных Штатов, прибывших туда в 1884 году. Их цель заключалась в создании церквей, которые с самого начала были бы самостоятельными, и в подготовке руководителей для этих церквей из числа местного населения. Результаты были поразительными. Несмотря на трудности, вызванные японской оккупацией в 1910 году, эти церкви продолжали процветать, и вскоре Корея стала страной с самым большим в процентном отношении христианским населением на Дальнем Востоке, за исключением Филиппин.
Филиппины были завоеваны и колонизированы испанцами гораздо раньше, и к началу XIX века население там стало в основном католическим. Но пример испанских колоний в Америке пробудил надежды на независимость, которая была провозглашена в 1896 году. Два года спустя в результате испано-американской войны Испания уступила Филиппины Соединенным Штатам. Это не остановило борьбу за независимость, продолжавшуюся до 1946 года, когда острова стали наконец независимыми. Во время борьбы против испанского владычества католическая церковь была инструментом в руках колониального правительства, и это привело к созданию Филиппинской независимой церкви, на которую впоследствии оказал влияние протестантизм, в результате чего она еще больше отошла от католичества. Протестанты пришли на острова в период американской оккупации, но к 1914 году созданных ими там церквей было еще мало.
Индонезия, первоначально колонизированная португальцами, к началу XIX века находилась в основном в руках голландцев. Голландская Ост-Индская компания, которая до 1798 года отвечала за проведение колониальной политики, к миссиям относилась враждебно. Поэтому энергичные усилия по работе с коренным индонезийским населением предпринимались главным образом в XIX веке. Христиане в Нидерландах подвергали резкой критике коррупцию колониальных властей и откровенную эксплуатацию местных жителей, и в 1870 году были приняты определенные меры по исправлению положения. Тем временем английский авантюрист Джеймс Брук провозгласил себя раджой в Сараваке. Он сам и его преемники Чарлз и Винер Бруки приглашали на свои территории миссионеров в надежде, что они улучшат положение дел в сфере образования и медицинского обслуживания. Они также поощряли иммиграцию китайских христиан. Таким образом, к концу XIX века число христиан в Индонезии значительно возросло.
К востоку и югу от этих стран располагались земли, смутное представление о которых европейцы имели еще с XVI века и которые привлекли внимание англичан благодаря экспедициям капитана Джеймса Кука, совершенным с 1768 по 1779 год. Самые крупные из них, Австралия и Новая Зеландия, были вскоре колонизированы англичанами, создавшими там церкви, подобные тем, которые существовали у них на родине. Коренные жители Австралии и маори в Новой Зеландии уничтожались европейскими иммигрантами и гибли от принесенных ими болезней, поэтому церкви протестовали против жестокого отношения к ним и их эксплуатации. В Новой Зеландии в таких движениях, как Хау-Хау и Рингату, древние традиции маори сочетались с христианскими учениями и стремлением к справедливости и защите своих прав. Широкой поддержкой среди маори эти движения продолжали пользоваться и в XX веке. Более мелкие острова Тихого океана поначалу привлекали внимание авантюристов и мечтателей. Затем там появились миссионеры. Наконец, когда после 1870 года началась безумная колониальная лихорадка, на сцену вышли великие державы. К концу века на каждый из этих островов претендовало то или иное иностранное государство. К тому времени большинство населения Полинезии стало христианским, и церкви уже были почти на всех островах Меланезии и Микронезии. Имя Христа еще не было донесено лишь до самых отдаленных мест – таких как внутренние районы Новой Гвинеи.

Африка и мусульманский мир

Мусульмане веками препятствовали европейской экспансии на юг и на юго-восток. За мусульманскими владениями на северном побережье Африки располагались бесплодные засушливые земли, а за ними – тропические районы, климат которых казался европейцам нездоровым. Поэтому Европа привыкла относиться к Африке и к мусульманскому миру просто как к препятствиям на пути к богатствам Востока. Но в ходе XIX века такой взгляд на вещи претерпел радикальные изменения. В начале столетия большая часть Ближнего Востока и северное побережье Африки принадлежали Османской империи со столицей в Стамбуле (бывший Константинополь). Но к началу Первой мировой войны Великобритания, Франция и Италия завладели северным побережьем Африки, а Османская империя стояла на грани исчезновения. В связи с этим открылись возможности для начала миссионерской работы в этих и других традиционно мусульманских землях.
Но в этих районах уже были другие христиане – ведь зародилось христианство именно там. Поэтому прежде всего западным миссионерам надо было установить контакт с этими старыми церквами. Католики обычно стремились приобщать целые церкви восточных христиан к католичеству и повиновению папе. Члены таких групп, хотя они и сохраняли свои обряды и предания, фактически становились католиками и получили название “униатов”. Для рассмотрения относящихся к ним конкретных вопросов в 1862 году в Риме была образована “Конгрегация восточных обрядов”. Католики пытались обращать и мусульман, но добились сравнительно небольших успехов. Протестанты, со своей стороны, нередко стремились сотрудничать со старыми восточными церквами в надежде, что такое сотрудничество приведет к обновлению в жизни этих церквей. Эта программа принесла определенные результаты, но в конечном счете вызвала трения между старыми церквами, которые затем раскололись. Консервативное крыло вернулось к старым обычаям, а более прогрессивное просто стало протестантским. Именно вследствие этого раскола протестантизм получил наибольшее число первых приверженцев, хотя затем он начал приобретать обращенных и из числа мусульманского населения. Наибольших успехов эта работа принесла в Египте, Сирии и Ливане.
В начале XIX века европейских анклавов в черной Африке было немного. Власть португальцев, владевших Анголой и Мозамбиком, распространялась не очень далеко в глубь материка. В 1652 году голландцы основали колонию на мысе Доброй Надежды. Вслед за этим французы открыли торговую базу в Сенегале. В 1799 году англичане основали колонию Сьерра-Леоне для приема освобожденных рабов, возвращавшихся в Африку. К этому сводились все европейские колониальные владения в Африке в начале века. К 1914 году положение резко изменилось – на всем континенте независимость сохранили только Эфиопия и Либерия, причем последняя возникла благодаря усилиям раннего аболиционистского движения в Соединенных Штатах.
В первые годы XIX века процесс колонизации шел довольно медленно. Англичане отобрали у голландцев мыс Доброй Надежды, и те двинулись на север, создавая новые колонии. В 1820 году первые американские чернокожие прибыли в Либерию, ставшую независимым государством в 1847 году. Тем временем миссионеры проникали на территории, на которые раньше не ступала нога европейца, и рассказывали о процветавшей там работорговле и об экономических ресурсах внутренней Африки. В 1867 году в Южной Африке были открыты залежи алмазов. Франция стремилась соединить свои владения в Алжире с Сенегалом. Германия включилась в гонку в 1884 году, завладев Намибией. Бельгийский король Леопольд II, чья власть в собственной стране была ограниченной, отнесся к колонизации Конго как к личному делу, и в 1908 году страна получила официальное название Бельгийского Конго. В 1885 году Испания захватила Рио-де-Оро и Испанскую Гвинею. Затем Италия завладела Эритреей. К тому времени остаток континента был поделен между Великобританией, Францией и Германией.
Все эти события возбуждали миссионерский интерес в Европе и в Соединенных Штатах. В целом католические миссии добивались больших успехов в колониях католических стран, а протестанты приобретали больше приверженцев в колониях Великобритании и Германии. Кроме того, работе католиков препятствовали споры по вопросу о юрисдикции – Португалия продолжала настаивать на своих древних правах патроната над всей африканской церковью, а Франция и Бельгия не могли поделить долину реки Конго. Самым известным протестантским миссионером в Африке был Дэвид Ливингстон, чьи путешествия в качестве миссионера и представителя британского правительства привлекли большой интерес к черной Африке и чьи отчеты о бедственных последствиях работорговли в значительной степени способствовали ее отмене.
К 1914 году почти вся Африка стала колониальной, но вместе с тем на всех этих территориях появились христианские церкви. Они были как в крупных городах, так и внутри континента, где церкви создавались во многих захолустных деревушках. К тому времени многие из этих церквей начали готовить собственное руководство и распространять работу на другие районы.

Латинская Америка

Последствия завоевания независимости странами Латинской Америки для католической церкви были рассмотрены в главе 27. В то же время обретение независимости привело к созданию протестантских церквей на всей территории Латинской Америки. Сначала этому способствовала иммиграция. В необходимости поощрять иммиграцию новые правительства были убеждены по ряду причин. Прежде всего, поставив перед собой цель развивать промышленность, ориентируясь на такие страны, как Великобритания, они надеялись, что иммиграция привлечет необходимые для этого опытные кадры. Во-вторых, еще оставалось очень много невозделанных пахотных земель. Иммигранты могли селиться на этих землях и обрабатывать их, повышая тем самым благосостояние страны. В-третьих, необходимо было внедрять и распространять новые идеи в противовес тем, которые исходили из Испании и которых продолжали придерживаться многие члены католической церкви. Поэтому на протяжении всего XIX века многие латиноамериканские правительства поощряли иммиграцию из Европы и из Соединенных Штатов.
При проведении этой политики следовало иметь в виду, что многие потенциальные иммигранты были протестантами, не желавшими отказываться от своей веры. Попытки принудить их к отречению способствовали бы притоку беспринципных лицемеров, а такой горький урок Мексика уже усвоила в Техасе. С учетом этого многие правительства, даже в странах, не предоставлявших такой свободы собственным гражданам, приняли законы, гарантирующие иммигрантам свободу вероисповедания. Вскоре, однако, они осознали нелепость такого положения и были вынуждены предоставить равные права собственным гражданам. Тем самым политика поощрения иностранной иммиграции в конечном счете способствовала распространению протестантизма среди коренного населения.
Большинство иммигрантов первой волны прибывали из Европы. Из Соединенных Штатов приезжали очень немногие (если не считать тех, кто перебирался на территории, захваченные у Мексики), так как это было временем североамериканской экспансии на запад, где имелось вполне достаточно земель, которые можно было получить, не эмигрируя в Латинскую Америку. Большое число шотландцев поселились в Аргентине, Уругвае и Чили, где климатические условия приближались к тем, к которым они привыкли на родине, а экономические во многих случаях были более благоприятными. Таким образом, протестантские службы на английском языке совершались в крупных городах юга Латинской Америки задолго до обращения в протестантизм первых латиноамериканцев.
Особенно интересным случаем миссионерской деятельности иммигрантов была работа Джеймса Теодора Холли и его товарищей, 110 чернокожих членов Епископальной церкви, эмигрировавших из Соединенных Штатов на Гаити в надежде найти там больше свободы и проповедовать Евангелие гаитянам. В течение полутора лет сорок три человека из этой группы умерли от разных болезней. Большинство оставшихся в живых решили вернуться в Соединенные Штаты или перебраться на Ямайку. Но Холли остался вместе с горсткой людей и основал церковь. В 1876 году он был посвящен Епископальной церковью в сан первого епископа Апостольской ортодоксальной церкви Гаити, впоследствии ставшей Епископальной церковью Гаити.
В конечном счете волна иммиграции привела к началу миссионерской работы среди коренных латиноамериканцев. Первым прибывшим туда миссионером был, вероятно, шотландец Джеймс Томсон, баптистский представитель Британского и зарубежного библейского общества, приехавший в Буэнос-Айрес в 1818 году. В течение нескольких следующих лет он посетил разные страны – от Аргентины и Чили до Кубы и Мексики, – а затем отправился в другие края. Его работа заключалась главным образом в распространении Библии на испанском языке и в личных беседах со священниками и другими людьми. Целенаправленная миссионерская работа протестантов началась в большинстве стран лишь во второй половине столетия. Первая протестантская проповедь на испанском языке, о которой нам известно, была прочитана в Буэнос-Айресе в 1867 году. Примерно в то же время пресвитерианская церковь начала работу в Чили. В общем и целом миссионерские агентства Соединенных Штатов начали проявлять активный интерес к Латинской Америке после 1870 года.
Одним из факторов, препятствовавших практическим делам, было присутствие в регионе католической церкви. Организация миссий в Латинской Америке подразумевала бы, что католики – не христиане, а на это многие протестантские агентства и церкви идти не хотели. Особенно сильное сопротивление создание миссий в католической среде встречало со стороны англикан и епископалов, поэтому первые англиканские миссии в Латинской Америке работали среди индейцев на Огненной Земле.
Тем не менее к началу XX века протестантские миссии добились в Латинской Америке больших успехов. Большинство первых миссионеров проявляли заботу не только о спасении душ, но и о материальном благосостоянии и интеллектуальном развитии человека. Благодаря этому протестанты приобрели известность своей работой в области образования и медицинского обслуживания. Кроме того, по мере роста престижа Соединенных Штатов рос и авторитет связанных с ними церквей. И если большинство первых миссионеров были представителями крупных конфессий, к началу XX века появлялось все больше миссионеров, представлявших небольшие консервативные церкви.
Религиозные разногласия в Латинской Америке привели к образованию новых церквей. В Мексике и Пуэрто-Рико группы, порвавшие с католической церковью, стали епископалами. В Чили небольшая харизматическая группа, изгнанная в 1910 году из методистской церкви, образовала Методистскую пятидесятническую церковь, превзошедшую вскоре по численному составу материнскую церковь. Таким образом, к началу Первой мировой войны в 1914 году во всех странах Латинской Америки насчитывалось значительное число протестантов, принадлежавших либо к церквам, появившимся там вместе с ними, либо к тем, которые родились в самой Латинской Америке.

Экуменическое движение

При рассмотрении истории христианства в XIX веке можно сделать вывод, что самым значительным явлением этого периода стало зарождение подлинно вселенской церкви. До тех пор христианство было почти исключительно западной религией. Но к 1914 году церкви появились почти во всех странах света, и эти церкви начали развивать самостоятельную деятельность, понимая христианство применительно к своим конкретным условиям. В результате зародилось экуменическое движение в двояком смысле. Во-первых, само слово “экуменический” означает “распространяющийся на всю обитаемую землю”. То есть христианство никогда раньше не было таким “экуменическим”, каким оно стало в XIX веке. Во-вторых, если под “экуменизмом” понимать единство христиан, становится ясно, что одной из движущих сил, ведущих к объединению христиан, является миссионерское движение.
В Соединенных Штатах, где члены разных христианских конфессий жили бок о бок, экуменические настроения развивались в результате постановки вопросов, выходивших за рамки отдельных конфессий, – таких как аболиционизм, трезвость, фундаментализм, либерализм и так далее. Но, учитывая, что конфессиональная принадлежность обычно не препятствовала решению конкретных задач, даже там обоснованность разделения церквей редко ставилась под сомнение. Наиболее серьезной такой попыткой было, пожалуй, основание церкви “Учеников Христа”.
В зарубежных же миссиях сотрудничество было неизбежным. Переводы Библии, сделанные миссионерами одной конфессии, использовались и другими, и скоро стало ясно, что координация усилий – хороший способ, чтобы распоряжаться ограниченными ресурсами. Кроме того, на обширных землях, еще не услышавших евангельского слова, имело смысл договориться, какая церковь или миссионерская организация возьмет на себя ответственность за тот или иной район. Но что самое главное – трудно было доносить Благую Весть до людей, раньше ее не слышавших, если им предлагались разные ее истолкования, каждое из которых претендовало на истинность. Различия, казавшиеся вполне естественными в Европе или в Соединенных Штатах, теряли смысл в Южной Индии или в Японии. Поэтому люди, снедаемые пламенной страстью обращения мира, быстро приходили к убеждению, что христиане разных конфессий должны работать сообща.
Великим предтечей экуменического движения был не кто иной, как Уильям Кэри, предложивший созвать в 1810 году в Кейптауне международную миссионерскую конференцию. Он надеялся, что на этой конференции соберутся миссионеры и миссионерские организации со всего мира для обмена информацией и координации планов. Но в то время многие придавали слишком большое значение собственным заботам, поэтому предложение Кэри не встретило понимания. К его призыву прислушались ровно сто лет спустя, на протяжении которых проводились менее масштабные конференции, как в странах, посылавших миссионеров, так и на миссионерском поле.
Наконец, в 1910 году, в Шотландии, в Эдинбурге, собралась Всемирная миссионерская конференция. В отличие от предшествовавших конференций на ней присутствовали официальные делегаты миссионерских обществ, причем их число определялось пропорциональным (в финансовом отношении) вкладом каждой организации в общую миссионерскую работу. Было также определено, что конференция должна заниматься рассмотрением вопросов, касающихся исключительно работы с нехристианами, и что поэтому миссионерская деятельность протестантов среди католиков в Латинской Америке или среди православных на Ближнем Востоке обсуждаться не будет. Кроме того, организаторы конференции приняли решение не обсуждать вопросы “веры и порядка”, понимая, что это может привести лишь к еще большему отчуждению. В подготовке к конференции участвовали сотни людей во всем мире, проводивших сбор данных и анализировавших общую картину путем переписки и участия в региональных или местных конференциях. Большинство делегатов конференции представляли Великобританию и Северную Америку. Присутствовало также значительное число делегатов из других европейских стран. От молодых церквей было всего семнадцать представителей, трое из которых прибыли по специальному приглашению Исполнительного комитета.
Конференция полностью достигла основной поставленной цели – обмена информацией и ознакомления с планами, но ее значение выходит далеко за эти рамки. Впервые была проведена конференция такого размаха, в работе которой участвовали официальные представители миссионерских обществ разных конфессий. Это само по себе подготовило почву для организации новых подобных встреч с целью обсудить другие вопросы. Во-вторых, конференция назначила Постоянный комитет, показав тем самым, что начавшееся движение имеет все предпосылки для дальнейшего развития. Работа этого комитета вылилась в проведение исследований, конференций и в конечном счете – в образование Международного совета миссионеров. В-третьих, благодаря этой конференции международную известность приобрели многие из тех, кто в первых десятилетиях XX века станут лидерами экуменического движения, самым видным среди которых был методистский мирянин Джон Мотт. Наконец, Эдинбургская конференция имела важное значение даже в тех вопросах, которые она исключила из повестки дня, – благодаря этим исключенным пунктам получило развитие движение “Вера и порядок” и был создан Комитет по сотрудничеству в Латинской Америке. Движение “Вера и порядок”, наряду с прочими, привело к созданию в 1948 году Всемирного совета церквей. Короче говоря, Эдинбургская конференция 1910 года была самым значительным предвестником современного экуменического движения.
Между тем международная напряженность возрастала, и христиане чувствовали необходимость собираться не только для обсуждения церковных вопросов, но и для поиска путей сохранения мира. 2 августа 1914 года в городе Констанце была создана всемирная церковная организация защиты мира. В тот самый день началась Первая мировая война.
С уважением Андрей

Географическая экспансия

Источник: Хусто Гонсалес

Об авторе:

Благословен Бог и Отец Господа нашего Иисуса Христа, по великой Своей милости возродивший нас воскресением Иисуса Христа из мертвых к упованию живому, к наследству нетленному, чистому, неувядаемому, хранящемуся на небесах для нас, силою Божиею через веру соблюдаемых ко спасению, готовому открыться в последнее время. (1Пет.1:3-5)
  Похожие статьи

Добавить комментарий